b000001325

Новый НАРОДЪ и его п-ввцы. Андрей Бѣлый. 223 дентскій прахъ оть ногъ своихъ и — какъ Василій Курочкинъ въ старьгхъ стихахъ — Къ Россіи взоръ Онъ устремилъ, Поддевку сшилъ И сталъ съ тѣхъ поръ Славянофилъ . . , — или, по крайней мѣрѣ, «народофилъ». И даже «мужикофилъ», «простонародофилъ», или, въ со- кращеніи, «простофилъ», что, къ сожалѣнію, зву- читъ по-русски нѣсколько двусмыслешо, a то — чѣмъ бы ве терминъ для новаго «фильства»? Тѣмъ болѣе, что проповѣдь «Серебрянаго Голубя» именно и буквально есть зовъ религіознаго «простофиль- ства». Г. Андрей Бѣлый не къ опрощенію жизни кличетъ, какъ Левъ Толстой, не къ смиренію гор- даго человѣка, какъ Достоевскій, не въ народъ, какъ люди семидесятыхъ годовъ, — нѣтъ, онъ именно въ простофильство влюбился, въ ту мужиц- кую вѣру безъ разсужденія, въ ту повелительную и темную, глухоеѣмую вѣру-тайну, которой учите- лями и старцами являлись Константинъ Леон- тьевъ — въ церкви, Иванъ Яковлевичъ Корейша — въ юродствѣ и Кондратій Селивановъ — въ сектѢ. Знаютъ русскія поля, какъ и русскіе лѣса знаютъ тайны; въ тѣхъ поляхъ, въ тѣхъ лѣсахъ бородатые живутъ мужики и многое множество бабъ; словъ немного у нихъ; да зато у нихъ молчанія избытокъ; ты къ нимъ приходи, ты научишься молчать: пить будешь ты зори, что драго- цѣннѣе вина; будешь питаться запахами сосновыхъ смолъ; русскія души — зори; крѣпкія, смольныя русскія слова: если ты русскій, будетъ у тебя красивая на душѣ тайна, и что липкая смола твое духометное слово; виду у него нѣтъ, а привязывается, и духъ отъ слова идетъ благодат- ный, пріятный; а скажи простое то слово — будто бы ни-