b000001325

212 Мутные дни. сохраняя, однако, неизмѣнно серьезное лицо, то многіе объявили его чуть не сумасшедшимъ. Дру- гіе почитали его лишь ловкимъ симулянтомъ лите- ратурнаго сумасшествія, такъ какъ оео въ ту пору было въ модѣ и обезпечивало рыеочный шумъ и успѣхъ. Есть правило у психіатровъ, что симуля- ція истеріи хорошо удается только субъектамъ въ самомъ дѣлѣ истерическимъ, и, кто способенъ со- вершенно и хронически разыграть. роль сумасшед- шаго, тотъ въ самомъ дѣлѣ къ сумасшествію пред- расположенъ. Г. Андрей БѣлыЙ очень безумство- валъ въ. дебютахъ своихъ, но «въ безумствѣ его было нѣчто систематическое»: чувствовался чело- вѣкъ, который средства безумія своего отлично зна- етъ и пускаетъ въ ходъ очень хитро, мѣтко и вѣе- ко. Между строкъ его часто звенѣлъ хохотъ, без- застѣнчиво высмѣивавшій и публику поэта, и шко- лу его, и даже его самого. Читая «симфоніи» г. Ан- дрея Бѣлаго, я испытывалъ иногда, въ меньшемъ размѣрѣ, тѣ же впечатлѣнія, что пережилъ, когда впервые читалъ геніальнаго «Пана» Кнута Гамсуна: злѣйшуюсатируядовитѣйшаго и надменнѣйшаго изъ мистификаторовъ, которую наивное русское подра- жательство честно приняло за евангеліе новаго по- ложительнаго вдеала и — что глупостей-то натво- рило, слѣдуя его заповѣдямъ-пародіямъ! — не со- считать . . . Хорошо ли, нѣтъ ли подобное ковар- ное творчество — оставимъ покуда вопросъ этотъ въ сторону. Рѣчь идеть не о Гамсунѣ, но о г. Ан- дреѣ Бѣломъ. Кто бы ви былъ послѣдній, во вся- комъ случаѣ въ немъ слышался человѣкъ боль- шихъ способностей, пытливый, трепещущій хао- сомъ какихъ-то идей, еще мутныхъ и не опредѣ- лившихся, но ему не бѳзразличныхъ, еще плывущій