b000001325

Издали, „Конь Ьл-ьдный".- 173 пытыеаегь судьбу въ рискованномъ обществѣ' ко- котки-шпіонки и пьянагО' жандармскаго полковни- ка. Если прибавить къ этому довольно ловкую по- дражательность въ тонѣ и темпераментѣ разсказа, то, право, не удивительно, что, перевертывая стра- ничку, почти ждешь встрѣтить дальше: — Да, такова была моя участь съ самаго дѣт- ства! Всѣ читали въ моемъ лицѣ признаки дуреыхъ свойствъ . . . И т. д., и т. д. И, тѣмъ не менѣе, вопреки накопленію внѣш- нихъ сходствъ и подражаній, Жоржъ — не Печо- ріинъ. Подъ Печорина, какъ бываетъ мебель подъ дубъ и подъ орѣхъ., но не Печоринъ. «Кишка тон- ка!», какъ восклицала покойная старуха Левкѣіева въ какомъ-то допотопномъ водевилѣ. Ни даже Тамаринъ Авдѣева, ни даже «М -r Батмановъ» Пи- семскаго — фигуры, которыми нѣкогда было до- бито ромактическоіе печоринство на Руси. Тамъ, — даже въ крайностяхъ карикатуры, — оставалась, хотя бы и трагикомическая, краеивость «стиля», какъ говорятъ теперь, «хорошаго тона», какъ го- ворили въ cTap'HHy. Почитайте-ка въ «Исторіи моего современника», какъ увлекался Батмановымъ въ ранней юности своей Вл. Г. Короленко, иіміенно за красивость эффекта, за хорошій тонъ. А ужъ какой же тутъ стилъ и хорошій тонъ: Если вошь въ твоей рубашкѣ Крикнетъ тебѣ, что ты блоха, — Выйди на улицу И убей! Стиль — характѳръ и искреиность «наединѣ съ своей душой». Хорошій тонъ исключаетъ возмож-