b000001325

Сергѣй Андреевичъ Муромцевъ. Я не былъ покланникомъ С. А. Муромцева. По- литическій идеалъ его, выработаініный наслѣдіем- шестидесятыхъ годовъ, кажется, цри свѣтѣ соціали- стическихъ зорь XX вѣіка, узкиімъ, ограниченнымъ и устарѣлымъ. Въ московскомъ университетѣ восьмидесятыхъ годовъ я былъ слушателемъ Му- ромцева. Читалъ онъ дѣльно, но скучно, и огром- ный трудъ его, холодное и сухое «Граждаінское пра- во древняго Рима», ■ — > кирпичъ «еудобоваримъій Вообще, Муромцевъ болъше обаялъ аудиторію пре- красною, истинно римскою наружностью и таіковою же выдержкою, чѣмъ римскиімъ правомъ. Уважали его очень и побаивались, какъ строгаго экзамена- тора. Любви къ нему — такой, какъ къ А. И. Чуп- рову, М. М. Ковалевскому, В. 0. КлючеБскому, — не было. Отчего же теперь такъ грустно было мнѣ узнать о внезапной и сравнительно ранней смерти этого — съ полнымъ убѣжденіемъ пишу это слово — замѣ- чательнаго человѣка? Отчего сами собою сказа- лись слова: — Какая огромная потеря! Еще силою меньше! Бѣдная Россія! У счастливаго иедруги мрутъ, у несчастнаго другъ умираетъ.