b000001325

Изддли. Веревка повѣшеннаго. 91 ло-насмѣшливыхъ вліяній. И всякій обходъ послѣд- нихъ либо борьба съ нивѵіи на вѣжливыхъ компро- миссахъ ведутъ даже остроумнѣйшихъ и талантли- вМшихъ людей къ нагроможденію профессіональ- ныхъ пошлостей, которыя .нельзя не говорить, по- тому что профессія требуетъ, надо что-нибудь го- ворить, да и, въ иэвѣстныхъ случаяхъ, молчаніе столь же выразительно, меприлично и опасно, какъ и разговоръ о веревкѣ; а говорить что-нибудь, лишь бы не молчать, неминуемо осуждаетъ языкъ и перо на не думающую, безвѣрную, безразличную пошлость. Разсказываютъ старую алхмѵшческую легенду, какъ нѣкто, получивъ рецептъ превраще- нія металловъ, ве могъ имъ воспользоваться, что- бы сдѣлать золото, ибо рецептъ заключался совѣ- томъ: — Главное же при этомъ — не думать о бѣ- ломъ медвѣдѣ. Несчастный алхимикъ аккуратнѣйшимъ обра зомъ исполнялъ всѣ предписанія рецепта, но «не ду- мать о бѣломъ медвѣдѣ» онъ не могъ, ибо сей по- слѣдній, благодаря запрету, обратился въ навязчи- вую идею. Чуть ученый въ лабораторію-, бѣлый мед- вѣдь уже тутъ какъ тутъ, и располагается въ смя- тенныхъ мысляхъ его, какъ въ ообственной берло- гѣ, до тѣхъ поръ, пока алхимикъ, въ отчаяніи, не покинетъ опыта. А въ тиглѣ, вмѣсто чаемаго золо- та, опять свинецъ, уголь, ртуть — все, что чело- вѣкъ хотѣлъ облагородить въ драгоцѣнный металлъ и не смогъ, потому что поперекъ пути ему стало «главное» — насмѣшливое «главное», «запретное». Русскій газетчикъ сейчасъ берется за перо съ полною готовностью, охотою, желаніемъ излить изъ него золотыя строки, но безъ всякой увѣрен-