b000001310

ободрить этих поистине жалких существ, но они, пови- димому, не унывали, несмотря на неудачу и нищету. Они, пожалуй, были счастливы даже в настоящем, потому что горячо любили друг друга, но их будущность казалась весьма неблагонадежною и зловещею" 1 ). Судьба „Феклуши" и впрямь „пожалуй" счастлива по сравнению с другими фаворитками „барина" и театраль- ной публики. А что испытывала вообще крепостная артистка, служившая вместе с тем и наложницей своего господина, — об этом дает нам некоторое представление хотя бы популярная еще недавно повесть князя Г. Кугушева (известного театрала и драматура середины прошлого столетия, умер в 1871 г.) „Корнет Отлетаев" 2 ), в герое которой автор изобра- зил богатого орловского помещика В. С. Танеева, владельца театра в селе Архангельском и разорившегося в 1849 г. с ) на своих театрально-барских затеях. В виду исторической документальности повести „Кор- нет Отлетаев", точно и художественно живописующей теат- рально крепостные иравы 40 — 50-х годов XIX века, я при- веду несколько выдержек. характерных для затронутой здесь темы. — Где вы были, — спросил автор корнета Отлетаева, по приезде к нему в село Сережино', — в саду? — Почти в саду, вон в том домике, это rnonplaisir; я там живу почти, Да нельзя же; там считки, репетиции, другая жизнь, деятельность, все кипит... весело. — Что же вы репетируете? У вас своя музыка? — Три: духовая, роговая и инструментальная, хор певчих, труппа драматическая, балет, — одним словом все. !) В том же казанском театре Есинова, где подвизалась Феклуша, произошел раз такой инцпдент;— „Однажды давалась опера „Магомет". В числе зрителей было очень много татэр, с удовольствием смотревших на редкое для них зрелище. По ходу пьесы на сцене должна была фигури- ровать чалма Магомета. Как только ее внесли, среди татар поднялось необычайноѳ смятение: они начали торопливо скидывать с ног свои туфли, потом попадали ниц и, наконец, бросились всей толпой из театральной залы, оглашая ее возгласами: „Алла! Алла"! Оказалось, что при виде чалмы, они вообразили, что это действительио чалма, принадлежавшая некогда Магомету и, в испуге, поверглись в прах перед такой святыней 1 '. ( „Крепостной театр" К. Бестужева. Изд. „Дело" М. 1913 г, стр. 49). 2 ) Напечатано впсрвые в „Русск. Вестн." 1856 г. 3 ) См. „Теаір и Искусство" 1911 г. № 10 — „Крепостной театр" Н. Негорева. В4