b000001308

— 22 — шие Русь и писавшие о ней — Мейерберг, Олеарий, Ченстлер, Флетчер и другие, только подтверждают этот вывод. Диковинное искусство и терпкий, необычайныи для западного человека быт Руси всего глубже поражали зрение и слух путешественника, и он стремился невольно за- печатлеть их, насколько возможно отчетливее, показательнее. И прибав- лять не было крайности: искусство и быт одной своей живой подлин- ностью были гораздо занимательнее самых экзотических небылиц. \ Прежде чем мы перейдем к рассмотрению родоначальников нашей самобытной художественной мысли, разбору всего огромного наследства, мы должны будем с грустью сознаться, что древний северянин лучше й самоотверж;еннее современников относился к своему художественному делу. Отарина берегла, лелеяла и даже холила свои памятники, пони- мала их ценность, гордилась ими, хвасталась перед соседями и вызы- вала их на соревнование — отчего рождались новые завоевания в искус- стве. Ныне, на что угодно обращают болыпе внимания, только не на искусство^ потеряли всяческое чутье к красоте, в городской лихорадоч- ной жизни вырабатываются однодневные вкусы, которые нриносятся на Оевер, к тихим погостам и замечтавшимся излукам северных рек с на- мятниками XIV — XV веков. Эти новые вкусы нрежде всего выражаются „в блаіотворительном поновлении"- старых памятников, в изменении их конструкций, расширении, приспособлении сообразно „ С духом ' вре- Мвни"- . Памятники просто безвозвратно, варварски губятся и стреми- тельно исчезают с лица земли. Многому поснособствовала старая госу- дарственная власть, боровшаяся с раскольниками в XVII — XIX столе- тиях. Травя раскольников, она одновременно била по шедеврам русского самобытного творчества, Когда при Алексее Михайловиче началась зна- менитая борьба с расколом и раскольники стали „изіОНЯГПСЯ изіОНОМ" , они хлынули из Московской центральной Руси в заволочье, в северные дремучие леса, понастроили там чудесных храмов, скитов, навезли со всей России дивных икон, лампад, книг, рукописей... Закрывая скиты, разгоняя раскольников, порой избивая их, госу- дарственная власть уничтожала хранителей старых художественных тра- диций, заставляла занустовать изумительные но красоте архитектурные уголки. Никем не охраняемые, не ноддерживаемые, они, конечно, бы- стро разрушались. Онег, дождь и озорной русский человек, любящий запустить кам- нем в нежилую постройку или помочь упасть накренившимся воротам у здания — быстро производят свое роковое дело. Пройдет еще немного — и деревянные намятники нашей старины останутся только в неболыпем количестве воспроизведений и в описаниях исследователей. Оожаления, конечно, были бы беснлодны, историю новернуть назад никому не дано, да и не нужно и смешно было-бы ожидать поворота в искусстве от ка- менного к деревянному зодчеству. Оего не прейдеши! Деревянное зод- чество всегда изначально, его всегда у всех народов сменяет каменное зодчество. Надо только не забыть, не растерять того, что сделано пре- дыдущимрі ноколениями. Еіце до новгородского завоевания северного края, мы знаем, что новгородские ушкуйники не только были ловкими