b000001308

— 128 — художнпка, простая и ясная подсказывают о живучих новгородских тра- дициях, так явію обмолвивигахея здесь. По пменам святых на диптпхе, счптая диптих заказапным кеы-либо из рода Строгановых, пх мои^но отпосить к половпне XYII столетия, когда одновременно жшні Федор, Андрей, Грпгорнй и Дпмптрий Строгановы. Стилцстическн, однако, диптпх близок к пачалу XVII столетпя, к расцвету „Строіановских писем" .Тут я&шщо во всей вероятпости обыч- ное запаздывавие п продлеппе вкоренившпхся форм. В трпатнхе, более сложпом, с изображепием „Воскресения Господня, собора Арханіела Михаила, Усекновения Главы Иоанна flpedim чи и Блаювещения"- бе- зусловно меныпее ыастерство, но как прекраспа средняя часть трпптп- ха — „Собор Арханіела Михаила" — этот подоцмающийся вепок голов ан- гелов п волнпстые линии крыльев, протянугые рукп аигелов, держащих в цептре круглыіі медальон с поясным -рельефом Хрпста, висящпе и спадающие с протяпутых рук плащи, вкомпанованность в проетранство. Иптересно соединепие на одпой (правой) стороне трпнтпха „ Усекновс- ния и и „Блаіовещения" , кстати сказать выполненных очепь примитив- но и условпо — резчик нпкак пе мог справиться с человеческими фигу- рамп, лпшь архптектурный пеизаж: удался ему. He менее условно пере- дано „Воскресение" на левой стороне, за псключением превосходной ко- ленонреклоненной фпгуры старца с протянутыми внеред рукамп па пе- реднем плапе. Во всей фигуре столько жизни, столько двііжетія впе- ред, столько восторжепного выражения и благоговенпя, обращенных к воскрЕсающему. Весь этот тріштпх по странному соединенпю — Воскре- сенпя, собора Архангела Михаила, Усекновения п Благовещенпя пропз- водпт ослабляющее впечатление, ибо чувствуется несоедпнпмость, слу- чайность замысла художника. Быть может, триптпх вообще не сущест" вовал раньше, а трп разпых пкопки почему-то и кем-то соединены были впоследствпіі в триптпх. Несомненно средпюю часть триптиха — „Собор Арханіела Михаила" вырезал мастер крупный, знающпй свою сплу и пи в коем случае он не работал над боковыми сторонками, где как бы безыменный резчик только еще учился мастерству. „Пред нами неболыпой диптих с пзображенпем Распятия в одпой части и Спасителя на престоле — в другой. Окромпа его обычная рамка п спокоеіі богатый рельеф. В глубипе за Распятием есть воздух: легкпе очертапия городскпх стен, высокие башни п толпы предстоящих — это различные плоскостп прострапства, еще более убедительного прп взгля- де (?) поднятых воинамн древок копья п трости. Мастер этпх образков обладал великоіі силой убедптельностп, и мы с нескрываемым волпе- нпем следпм за ходом его резца, такого простого и скромного, но так много говорящего глазу и сердпу. Другой образок того же дпптпха го- ворит об ипых задачах, о других творческих стремлениях. Печать пс- ключительной декоратнвности и орнамептального богатства лежпт на пем. Все мыслн мастера и движения еі о рукп* сосредоточены на красоте очертаний, на заполнешш плоскостп соответствующими формамп. Ком- позицпя образка весьма любонытна. Красивый пшрокпй трон в круге пебесного свода. Четыре копца света и четыре символа евангелистов. Реющпе вокруг херувимы и серафимы. И спокойно велпчествеппая фи-