b000001269

— 57 — пускай меня бьетъ! Но чуденъ Госполь: бьетъ и ничто не болитъ! Потомъ бросилъ меня отъ себя, и самъ го- воритъ: „не боюсь я тебя"; мнѣ въ тѣ поры горько ста- ло; „бѣсъ, — реку, — надо мною волю взялъ". иолежалъ маленько, съ совѣстію собрался; возставъ же, жену свою сыскалъ и предъ нею сталъ прощаться со слезами, a самъ ей, въ землю кланяяся, говорю: „согрѣшилъ, На- стасья Марковна! прости меня грѣшнаго!" она мнѣ так- же кланяется. По семъ и съ Фетиньею тѣмъ же обра- зомъ простился; таже легъ среди горницы и велѣлъ вся- кому человѣку бить себя шіетью по пяти ударовъ по окаянной спинѣ; человѣкъ было 20: и жена, и дѣти и всѣ, плачучи, стегали; a я говорю: „аще кто бить меня не станетъ, да не имать со мною части въ царствіи не- беснѣмъ". И они нехотя бьютъ и плачутъ, a я ко вся- кому удару по молитвѣ. Егда же всѣ отбили и я во- ставши, сотворилъ предъ ними прощеніе. Бѣсъ же, ви- дѣвъ неминучую бѣду,, опять вышелъ вонъ изъ Филип- па, и я крестомъ его благословилъ; и онъ по старому хорошъ сталъ и потомъ исцѣлѣлъ божіею благодатію о Христѣ Ісусѣ ГосГіодѣ нашемъ^ Ему же слава во вѣки. Аминь. А егда я былъ въ Сибири, туда еще ѣхалъ и жилъ въ Тобольскѣ, привели ко мнѣ бѣшенаго, Ѳеодоромъ звали; жестокъ же былъ бѣсъ въ немъ: „соблудилъ въ великъ день съ женою своею, наруша праздникъ, — жена его сказывала,— да и взбѣсился". И я въ дому своемъ держа мѣсяца съ два, стужалъ объ немъ Божеству: въ церковь водилъ, и масломъ освятилъ и помиловалъ Богъ, здравъ бысть и умъ исцѣлѣ. И сталъ со мною на кры- досѣ пѣть литургію, во время переноса и досадилъ мнѣ; азъ въ то время побилъ его на крылосѣ и въ притворѣ велѣлъ пономарю приковать къ стѣнѣ и онъ, вышатавъ пробои, пуще перваго взбѣсясь^ въ обѣдню ушелъ на дворъ къ большому воеводѣ, и сундуки разломавъ, платье княгинино на себя вздѣлъ, а ихъ разгонялъ. Князь же, осердясь, многими людьми въ тюрьму оттащили; онъ же въ тюрьмѣ юзниковъ бѣдныхъ всѣхъ перебилъ и печь разломалъ; князь же велѣлъ его въ деревню къ женѣ и