___45_ отпѣванія, no окончаніи коего, священноначальникъ, со всѣмъ освященнымъ соборомъ, поднявъ на главы тѣло князя схиыника, съ пѣніемъ и плачемъ, цонесли yate его, какъ инока, въ обитель иночѳскую Рождества Богоматери, и тамъ погребли въ соборной церкви" 1 ). Въ великокняженіѳ Благовѣрнаго Князя Александра достойна замѣчанія народная пѳрепись, которую нроизводили „татарскіе численници" по веѳй землѣ Оуздальской, Рязанской и Муромской, — достойна она замѣчанія нреимущественно потому, что обнаружила въ татарахъ глубокое почтеніѳ ко всему православному духовенству. „Только не перечйтывали, сказано въ лѣтониси, игуменовъ, поповъ, клироманъ, кто зритъ на святую Богородицю и на Владыку" 2). Изъ сего не можемъ не усматривать, что причиной такого исключительнаго почтенія къ духовенству была жизнь благочестивая въ болыпинствѣ тогдашеяго духовенства. Особенно такою жизнію сіяли архипастыри того времени. Такою жизнію, истинно христіанскою, отличался и митрополитъ Кириллъ. Митрополитъ Кириллъ былъ настырь многонопечительный о деркви Божіей, и добродѣтельная жизнь его, подобно ашвотворному свѣту, озаряла всю Русскую землю. „Едвали кто нибудь изъ древнихъ Митрополитовъ Россійскихъ, пишетъ Еарамзинъ въ своей исторіи, превосходилъ Кирилла въ истинно пастырскихъ добродѣтеляхъ " 3) . Печальную картину представляло изъ себя наше отечество во времена митрополита Кирилла. Скорбь и ужасъ невольно тѣснятся въ душу даже и теперь, когда читаешь о карѣ Божіей, разразившейся тогда надъ нашими предками послѣ погрома татарскаго. Печально и тяажо было тогдашнее состояніе святой Церкви православной. Благолѣпные храмы Божіи со воѣмъ, что для ихъ украшенія и обогащенія принесено было благочестивымъ усердіемъ князей и именитыхъ бояръ, знаменитѣйшіе монастыри съ своею святынею, богатыми утварями, иконами и кнюкными сокровищами, все это обращено было алчностію дикаго завоевателя въ груды пепла и развалинъ. Порядокъ Богослужебный пришелъ въ разстройство; народъ впалъ въ невѣжество и отупѣніе, забылъ Христіанское вѣроученіе, и заразился порокани своихъ степныхъ повелителей. „Умащенные сѣдиною іереи и діаконы умѳрщвлены, а молодыѳ отведены въ плѣнъ. Монголъ, хотя и позволилъ потомъ отправлять Христіанское Богослужѳніе, хотя Русскіе и оставались съ прежнею теплою любовію ^ Жит. св. Русск. церкв. Ноябр. стр. 302—303. 2) Лавр. дѣтоп. стр. 203. ;і ) Истор. Госуд. Росс. т. IV, стр. 94,
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4