b000001186

<*" ••'felfc. ■^.' •* ■ ш . fcmi -Лі, 34 ОЧЕРКИ ИЗЪ ИСТОРІИ РУССКАГО ПАТРІОТИЗМА. неніи переведенныхъ на русскій языкъ прокламацій Наполеона, изданныхъ имъ при переправѣ черезъ Нѣманъ; Верещагину велѣно было говорить, что онъ получилъ ихъ отъ одного изъ сыновей Ключарева въ номерѣ газеты, запрещенной цензу- рой. „Началось слѣдствіе, клонившееся къ тому, чтобы обвинить Ключарева-отца. Верещагинъ былъ осу- жденъ и посаженъ въ тюрьму. „7 августа былъ схваченъ одинъ почтовый чи- новникъ и препровожденъ въ Петербургъ по по- дозрѣнію, что онъ распространяетъ посредствомъ писемъ страхъ и безнадежность внутри Имперіи. Это великое открытіе было сдѣлано также патріо- томъ Брокеромъ. Въ дѣйствительности же онъ под- купилъ одного бѣднаго служащаго и убѣдилъ его украсть письмо вышеупомянутаго чиновника. Къ не- счастью, онъ былъ плохой діалектикъ и еще болѣе плохой литераторъ; въ его письмѣ была слѣдующая ничего не значащая фраза: „Наполеонъ, можегь быть, погибъ, но не можетъ быть побѣжденъ". „Послѣ извѣстія о взятіи Смоленска Ростопчинъ не могъ долѣе сдерживать своей злобы; онъ отпра- вился 10 августа около полуночи въ почтамтъ, арестовалъ директора и отправилъ его въ одинъ изъ отдаленныхъ городовъ внутрь Имперіи (Воронежъ). Директоръ былъ тайный совѣтникъ и имѣлъ Влади- мира и Анну 1 ст. Не прошло и двухъ недѣль съ тѣхъ поръ, какъ императоръ наотрѣзъ отказалъ уво- лить его и во время посѣщенія Москвы оказывалъ ему особое благоволеніе. Такова бываетъ въ смутное время судьба самаго преданнаго слуги государя, когда клевета поклялась погубить его. „...Въ то время какъ я былъ занятъ- пригото- ' ' ...... ІЧШИИШИИІ