b000001186

Посл-в войны. 325 ліями ничего нельзя достигнуть и что Германія по- теряна, если Божественное Провидѣніе насъ не поддержитъ и не благословитъ. Молча и погру- женные въ размышленія мы ѣхали рядомъ одни, король и я. Тогда мой лучшій другъ прервалъ молчаніе и сказалъ: „Это должно пойти иначе; мы двигаемся на востокъ, а мы намѣрены были и должны идти на западъ. И это случится съ Божіею помощью. Но если, какъ я надѣюсь, Всевышній благословитъ наши общія усилія, то мы должны будемъ сознаться передъ лицомъ свѣта, что Ему одному принадле- житъ слава успѣха. Мы обоюдно произнесли этотъ обѣтъ и честно протянули другъ другу руки. Послѣ побѣдъ при Кульмѣ, Кацбахѣ, Гросъ-Бееренѣ и Лейпцигѣ и когда мы въ Парижѣ достигли конечной цѣли борьбы, то король прусскій, отъ котораго исходилъ перрый починъ, снова заговорилъ объ этомъ святомъ дѣлѣ, и къ намъ присоединился бла- городный императоръ австрійскій Францъ, вполнѣ раздѣлявшій наши чувства, образъ мыслей и намѣ- ренія". И, опять-таки, послѣ подобныхъ тяжкихъ настроеній легко понять и все счастье Александра въ мало жданной побѣдѣ его и болѣзненность, съ какою онъ принималъ всѣ, омрачавшіе побѣду, уколы. Какъ хорошо доказалъ Шильдеръ, эти самолюбивыя радости Александра I не дешево обошлись Россіи, нарушивъ наполеоновскими войнами не только естественный ходъ молодого государства, энергично устремившагося было на путь внутренняго развитія, но и оторвавъ насъ почти на цѣлое столѣтіе отъ Франціи. Моло- дая русская сила надолго закабалилась невыгоднымъ служебнымъ союзомъ съ пруссаками, съ Австріей Меттерпиха — съ злыми геніями Россіи, работая для которыхъ, она всегда работала во вредъ самой себѣ,