b000001186

320 Очерки ИЗЪ ИСТОРІИ РУССКАГО ПАТРЮТИЗМА. этомъ страшномъ Акатуѣ, о которомъ до сихъ поръ поетъ сибирская варнацкая пѣсня: Славное море, — привольный Байкалъ, Славный корабль — омулевая бочка. Ну, Баргузинъ! пошевеливай валъ, — Плыть молодцу недалечко. Долго я звонкія цѣпи носилъ; Душно мнѣ было въ горахъ Акатуя. Старый товгрищъ бѣжать пособилъ, Очсилъ я, . волю почуя . . . Въ бочкѣ не весело быть омулямъ, — Рыбки! утѣшыесь словами: Разъ побывать въ Акатуѣ бы вамъ, Въ бочку полѣзли бы сами. Прочтите „Записки Волконскаго", провѣрьте по нимъ романъ: вы убѣдитесь, что это роковая, орга- ническая послѣдовательность того общества, что должно быть такъ, что не могло быть иначе, чѣмъ такъ. 121 человѣкъ пошли въ Сибирь послѣ де- кабрьскаго дѣла: именитые, титулованные, цвѣтъ русскаго дворянства, которое „устыдилось за свою принадлежность къ нему", ростопчинская „знать, которая захотѣла въ сапожники". Только 19 вы- жило до радостнаго дня воскресенія къ свободѣ, — только 19 вернулось на родину по манифесту Царя-Освободителя... Но, по крайней мѣрѣ, эти, 19 сѣдыхъ стариковъ имѣли предсмертную радость видѣть исполненіе главной изъ тѣхъ великихъ на- деждъ, ради которыхъ- они „во глубинѣ сибирскихъ рудъ хранили гордое терпѣніе". . 75-лѣтній Волконскій, какъ старецъ Симеонъ Младенца Христа, принялъ на свои руки младенца крестьянской свободы, увидѣлъ „народъ освобожден-