b000001186

Послѣ войны 301 салъ отъ 6/18 апрѣля 1801 года, изъ Петербурга въ Лондонъ, С. М. Воронцову о первыхъ дняхъ Але- ксандрова правленія. „Г-нъ Трощинскій представилъ къ подписанію милостивый манифестъ, начинавшійся извѣстными словами : „По сродному намъ къ вѣрноподданнымъ нашимъ милосердію" и пр. Императоръ зачеркнулъ эти слова, сказавъ: „Пусть народъ это думаетъ и говоритъ, а не намъ этимъ хвастаться". Другой разъ тотъ же Трощинскій принесъ указъ сенату съ обыкновеннымъ началомъ: „Указъ нашему сенату". — „Какъ, — сказалъ съ удивленіемъ Государь, — нашему сенату. Сенатъ есть свяіценное хранилище законовъ, онъ учрежденъ, чтобы насъ просвѣщать. Сенатъ не нашъ: онъ сенатъ имперіи". И съ этого времени стали писать въ заголовкѣ: „Указъ Правительствуюіцему Се- нату". А вспомнимъ, какъ съ обычною чуткостью своею къ историческимъ настроеніямъ своего класса описы- ваетъ Л, Н. Толстой впечатлѣнія петербургскаго обще- ства отъ рѣчи Александра I въ 1810 году при открытіи государственнаго совѣта. „Бицкій озабоченно, едва успѣвъснять шляпу, вбѣжалъ къ князю Андрею и тот- часъ же началъ говорить. Онъ только что узналъ по- дробности засѣданія... и съ восторгомъ разсказывалъ о томъ. Рѣчь государя была необычайна. Это была одна изъ тѣхъ рѣчей, которыя произносятся только конституціонными монархами. Государь прямо сказалъ, чтр совѣтъ и сенатъ суть государ- ственныя сословія; онъ сказалъ, что правленіе должно имѣть основаніемъ не произволъ, а твердыя начала. Государь сказалъ, что финансы должны быть пре- образованы и отчеты быть публичны, — разсказы- : #&Щ -je^iv*:.