b000001186

Посл-ь войны. 295 сами, какія нерѣдко придаютъ, разсказывая о двухъ нѣжныхъ сердцахъ, соединившихся законными узами. Во всемъ этомъ происшествіи, какъ оно ни любо- пытно, не было ничего особенно цвѣтистаго, и все происходило очень просто". Даже о самой кн. М. Н. Волконской мы знаемъ теперь, что „она не чувству своему послѣдовала, поѣхавъ къ мужу, a вліянію Волконскихъ бабъ, которыя похвалами ея геройству увѣрили ее, что она героиня, — и она поѣхала, какъ дурочка" („Былое" 1906, XI, 183). Но — мало ли что мы знаемъ, мало ли „низкихъ истинъ" вплелось въ исторію декабристовъ ихъ соб- ственными разоблаченіями, — и, однако всѣ онѣ, низкія истины, остались ненужными, исторіи не сдѣ- лали, а „возвышающій обманъ" оказался обществу и дорогъ, и нуженъ — именно для того, чтобы дѣ- лать исторію. Такимъ-то образомъ и случилось, что въ вопросѣ о декабристахъ, по требованіямъ общества отъ пя- тидесятыхъ до - семидесятыхъ годовъ включительно, люди въ хламидахъ заслонили настоящихъ дѣятелей, а рапсодія и анекдотъ заглушили повѣсть о смыслѣ и послѣдовательности событій: немногочисленныя по- пытки серьезно обобщающихъ изслѣдованій, въ родѣ извѣстнаго труда А. И. Пыпина, выходили въ условіяхъ подцензурной нѣмоты или гугни- вости, съ недомолвками и междустрочными под- разумѣваніями, малодоступными для „большой пуб- лики''. ■Какъ сжаты были историки въ возможности го- ворить объ Александровыхъ дняхъ, лучше всего по- казываетъ то обстоятельство, что Пыпинъ въ 1870 году жалуется на малое знакомство публики съ карамзинскою „Запискою о древией и новой ■ ^ s^— -^! 1 »- gg a»-»-,. щ^