b000001186

Очерки ИЗЪ ИСТОРІИ РУССКАГО ПЙТРЮТИЗМА. указалъ, куда направила бьГдѣятельность свою э.та огромиая, нервная и мыслительная сила, если бы не покончило всѣ житейскіе счеты съ нею бородинское ядро. Въ романѣ Толстого князь Андрей долженъ былъ умереть преждевременно, потому что того тре- бовала полнота психологической картины, предпри- нятой и написанной великимь художникомъ. Но кончивъ свою личную, земную жизнь, князь Андрей не умеръ какъ идея и сила общественная, — на- противъ, тутъ-то онъ и сталъ расти и опредѣляться, ясно разграничивая трагическою фигурою своею лагери русской мысли, теченія русскихъ соціальныхъ и по- литическихъ идеаловъ. „Война и миръ" обрывается на томъ, что Николенька Болконскій мечтаетъ, какъ онъ станетъ подобенъ героямъ Плутарха, вдохновляе- МЫ Й — кѣмъ? Памятью отца, котораго онъ не зналъ и котораго лишь поэтически себѣ воображаетъ. — Отецъ, отецъ! Да, я сдѣлаю то, чѣмъ бы даже онъ былъ доволенъ. Николенькѣ, во время этихъ мечтаній, было пят-' надцать лѣтъ. Къ роковому 14 декабря 1825 года онъ, если дожилъ, былъ двадцатилѣтнимъ офице- ромъ, боготворящимъ Пушкина, восторженно декла- мирующимъ: Лемносскій богъ тебя сковалъ Для рукъ бе^смертной Немезиды... Бредилъ Вадимсжь, Новгородомъ, Псковомъ, зналъ наизусть „Думы" Й>ілѣева. Грозенъ князь самовластительный. Но наступитъ мракъ ночной; И настанетъ часъ рѣшительный, Часъ для гражданъ роковой... А, можетъ быть, яаже велъ свой взводъ подъ картечь Сенатской плоідади. Потому что гордый и