b000001186

ш ■-. Рыцари 1812 годд. 225 L v гельно, a рѣшили ждать монаршаго на to повелѣнія (cm. ниже). Ho возвратимся къ московскому собранію. Хотя Ростопчинъ и одѣлъ московскихъ фрондеровъ въ намордникъ, тѣмъ не менѣе обращенная къ дворянамъ рѣчь государя электризовала собраніе. Фельдмар- шалъ Гудовичъ, какъ старѣйшій представитель сосло- вія, отвѣчалъ ободрящею вѣрноподданническойрѣчью и въ концѣ предложилъ государю одного человѣка съ 25, снабженнаго одеждою и мѣсячнымъ продо- вольствіемъ. Только что успѣлъ фельдмаршалъ окон- чить свою рѣчь, какъ нѣсколько голосовъ закричало: „Нѣтъ, не съ двадцати-пяти, а съ десяти по одному человѣку, одѣтому и снабженному провіантомъ на три мѣсяца". Крикъ этотъ подхваченъ былъ боль- шею частью собранія, которое государь благодарилъ въ весьма лестныхъ выраженіяхъ, восхваляя щедрость дворянства". Эффектъ, казалось бы, ярче котораго и желать нельзя. Даже ироническій Толстой огра- ничился въ его резюме чуть улыбающеюся фразою: „Всѣ собранные дворяне сняли мундиры, опять раз- мѣстились по домамъ и клубамъ и, покряхтывая, от- давали приказанія управляющимъ объ ополченіи и удивлялись тому, что они сдѣлали". Но Ростопчинъ, принадлежавшій къ числу тѣхъ безтактныхъ истори- ческихъ поваровъ, которые никакъ не могутъ не разболтать рецептовъ своей кухни, подсолилъ и величественный финалъ сцены съ тою же безцере- монною откровенностью, съ какою полицейски за- штемпелевалъ онъ ея увертюру. „Теперь надо объ- яснить,* почему собраніе явилось столь щедрымъ и столь благороднымъ. Предложеніе фельдмаршала было правильнымъ и разумнымъ ; но два первые го- лоса, усилившіе это предложеніе до десятаго чело- А. Б. Амфитеатровъ. XVI. 15 ■^ Я МЯЙ