b000001186

200 Очерки ИЗЬ ИСТОРІЙ русскаго патрютизма. меня, спасибо, выручилъ: „Здоровъ, гитъ, ваше высоко- родіе: всю дорогу одинъ телѣгу смазывалъ и супонь на- тягивалъ". — „А это карашо, гитъ: позвать, гитъ, ко мнѣ унтеръ-офицера Соломенку". Приходитъ, братецъ, унтеръ- офицерина Соломенка, въ сажень ростомъ, рябой да чер- ный, немного получше волка. „Вотъ тебѣ, гитъ, Соломен- ка, на руку каспадинъ іворянинъ, держи его въ чистотѣ, артикулу вышколи, грамоті? пройдись, да и молитвы чтобы зналъ". Такъ меня, братецъ, и сдали; и вотъ по сей день и блаженной памяти Ардаліонъ Карлычъ и Соломенка — оба, братецъ, въ поминальникѣ у меня записаны : нельзя, — на вѣкъ человѣкомъ сдѣлали. Выше мы читали показаніе Тимирязева, что вел. кн. Константинъ Павловичъ бивалъ юнкеровъ изъ собственныхъ рукъ и сѣкалъ окончившихъ курсъ кадетовъ, уже получившихъ производство въ офи- церы и только не успѣвшихъ пдкинуть корпусъ. Демократическое офицерство, начйнавшее свою лямку строевою службою, претерпѣвало огорченія до слезъ отъ особъ куда меньшаго ранга, и цалеко не всѣ, подобно отцу Писемскаго, вспоминали добромъ, а не лихомъ своихъ полковыхъ менторовъ — Ардальоновъ Карлычей и Соломенокъ. Я былъ зачисленъ подпрапорщикомъ въ 4-ю фузелер- ную роту гренадерскаго графа Аракчеева полка и посту- пилъ въ полное распоряженіе капральнаго унтеръ-офицера Дмитрія Ефимовича Фролова, бывшаго первымъ моимъ наставникомъ въ военной премудрости. Фроловъ, переведенный въ 1807 году, въ числѣ 800 человѣкъ, изъ Архаровскаго полка въ Аракчеевскій, представлялъ собою совершеннѣйшій типъ капрала стараго времени. Геркулесъ сложеніемъ, 12 вершковъ роста, строй- ный и красивый, онъ былъ страшный службистъ, строгій къ самому себѣ и не дававшій пощады своимъ подчинен- нымъ. Къ такому-то человѣку попалъ я въ опеку, и онъ, своими безконечными дисциплинарными наставленіями, не- рѣдко доводилъ меня до слезъ. Поставитъ, бывало, подъ