b000001186

ШтЖ- т ...... -\:>йвг- Офицерство. 197 дровскичъ военно -учебныхъ заведеній способенъ наполнить цѣлые фоліанты. Можетъ быть, всѣ эти „жестокіе нравы" и создавали ту товарищескую спло- ченность, узко-корпоративную круговую поруку, ко- торая была присуща и бурсѣ семинарской, какъ описалъ ее Помяловскій, и каторгѣ Сахалинской, какъ описалъ ее Дорошевичъ, но вырабатывала эта школа, конечно, не „честь" — продуктъ человѣ- ческой этики, а только „каторжную совѣсть" — продуктъ обособленной группировки извѣстнаго ко- личества людей, искусственно отдѣляемыхъ отъ остального человѣчества для спеціальной дрессировки на спеціальныя цѣли. Тамъ, гдѣ начальство разсчи- тывало встрѣтиться не только съ „каторжною со- вѣстью", но и съ чувствомъ чести, воспитаннымъ самостоятельностью знатности и богатства, оно было много осторожнѣе. Даже такіе звѣри, какъ Клин- геръ, умѣли сдерживаться, когда дѣло шло не о не- доросляхъ изъ бѣднаго, темнаго дворянства, а о сыновьяхъ придворной военной и служилой знати. Поэтому въ Пажескомъ корпусѣ — Тѣлесное наказаніе составляло рѣдкое исключеніе. Во все время пребыванія моего въ корпусѣ, мнѣ пришлось только одинъ разъ присутствовать на такой экзекуціи, я былъ уже камеръ-пажемъ. Въ рекреаціонную залу собра- лись пажи къ разводу, куда (къ немалому удивленію всѣхъ) явился и генералъ Клингеръ. Ирочитали приказъ о на- казаніи пажа Л* розгами. Сторожа привели его изъ кар- цера, принесли розги и скамейку. Клингеръ все время молчалъ, а когда Л* раздѣвали и клали на скамейку, — вышелъ изъ залы. Тогда пажи бросились съ шумомъ на сторожей и освободили Л*. Но Клингеръ былъ недалеко. Онъ возвратился, схватилъ перваго попавшагося ему пажа, втащилъ въ середину и, тряся его за воротникъ, закричалъ : „Mais savez vous qu'on brule pour sela". Пажи отбѣжали и построились no отдѣленіямъ ; возстановилась тишина. Л* положили на скамейку, началась экзекуція, и Клингеръ