b000001186

190 Очерки ИЗЪ ИСТОРШ РУССКАІО ПАТРЮТИЗМА. дѣла — эполеты!"). Это опять лишь счастливый случай, потому что, обыкновекно, александро-арак- чеевскіе разжалованные тянули солдатскую лямку го- дами. Ихъ не выручила изъ напрасной бѣды даже перемѣна царствованія и опала Аракчеева. Такъ, пра- порщикъ Соллогубъ (см. выше), разжалованный въ 1822 году за отказъ исполнить незаконное требо- ваніе командира полка (пресловутаго фонъ-Фрикена), пробылъ рядовымъ шесть лѣгь и въ турецкую кам- панію 1828 года рядовымъ же убила его непріятель- ская пуля. Прагюрщикъ Духонинъ пробылъ рядо- вымъ девять лѣтъ, возвративъ себѣ чинъ только въ польскую кампанію 1831 года. Ужасная вина этого Духонина заключалась въ томъ, что, получивъ отъ ротнаго командира безтолково и безграмотно напи- санную бумагу, онъ, съ досады, обмг ■ ппи фельдфебелѣ словами: „Какой это дуракъ писалъг Фельдфебель донесъ ротному, тотъ обидѣлся и до- несъ полковому командиру, и вотъ — судъ, арак- чеевская конфирмація, и человъкъ на 9 лѣтъ сол- датъ. Правда, вышеупомянутый майоръ Ефимовъ солдатствовалъ только два года, *такъ за то же — и пришлось ему отличиться на первый-то чинъ: благо- даря ему, была взяга какая-то персидская крѣпость. Любопытно то обстоятельство, что рѣшительно всѣ офицеры, дѣйствующіе въ романѣ Толстого, сдѣлались таковыми безъ подготовки военно-учеб- наго заведенія. Естественно поетому, что ни на одномъ изъ нихъ не видно и отпечатка этихъ „тру- щобъ", какъ именовали впослѣдствіи корпуса свои многіе ихъ именитыё питомцы. Но естественно также, что вмѣстѣ съ „трущобами" и питомцами трущобъ, изъ „Войны и мира" опять выпала одна изъ инте- реснѣйшихъ и типичнѣйшихъ главъ въ характери- -^ дііШ-^ »»»яамаШІД