b000001186

"' V-' *ir' '^' Наполеонъ — Пугачевъ. Съ своимъ народомъ, котораго довѣріе онъ такъ блистательно, едвд ли не сверхъ ожиданій, оправдалъ. „He вся ль Европа тутъ была? А чья звѣзда ее вела!" Сверхъ того, побѣды надъ Наполеономъ, какъ хорошо извѣстно, утѣшили Александра не только въ государственномъ, царскомъ самолюбіи, но и въ личномъ, человѣческомъ. Онъ видѣлъ въ нихъ ре- абилитзцію своихъ умственныхъ способностей и та-. лантовъ, репутація которыхъ въ Европѣ стояла не высоко. „Согласись, что до сихъ поръ Европа счи-. тала меня дурачкомъ!" самодовольно сказалъ онъ одному изъ ближайшихъ генераловъ своихъ предъ вступленіемъ въ Парижъ. Словомъ, почвъ для по- казного самодовольстеа, для того, чтобы выдвинуть впередъ свою личность, какъ любимца массъ, было сколько угодно. Между тѣмъ замѣчается нѣчто совершенно обратное. Начиная съ 1813 года Александръ I удинляетъ дворъ и патріотовъ, проявляя рѣшительное отвращеиіе къ пу- бличнымъ оваціямъ, и начинаетъ уклоняться отъ не- посредственныхъ встрѣчъ съ народными массами, точно должникъ — отъ кредитора, которому онъ не въ состояніи заплатить, и это тѣмъ совѣстнѣе, что кредиторъ добръ и великодушенъ, и не напо- минаетъ должнику объ его обязательствѣ. Молодой, еще либеральный (Аракчеевъ только что надвигался) государь чувствовалъ, что Отечественная война, начавшись въ Смоленскѣ, разыгравшись послѣ Москвы, кончилась въ Березинѣ. Дальше опять пошла война политическаго расчета, война оскорбленнаго предъ лицомъ всего міра и желающаго всемірно же и кра- сиво отомстить монархасамодержца, война моло- дой династіи, нуждающейся завоевать гегемонію въ Европѣ, война заинтересованнаго двора и