скоро смѣнившій его суровыи, рожденныйвъ революціонои Франціи, Empire не умѣлъ служить земному величію, нужному для дворцовъ, и служилъ только красотѣ и тѣмъ, кто понималъ ея гармоничный языкъ... Москвѣ, по всему своему складу такой далекой отъ духа ХѴПІ-го вѣка, выпало рѣдкое счастье хранить необыкновеннояркое воплощеніе его художественной культуры. Архангельское и Останкино,—два прекрасныхъ созданія ХѴІІІ-го вѣка, —открываютъ намъ два одинаково прекрасныхъ художественныхъ міра, созданныхъ этой сложной и всемогущей эпохой. Вся культура ХѴІІІ-го вѣка, тѣсно связанная съ придворнымъ бытомъ, рвалась къ наибольшему величію, къ ослѣпительной пышности, словно етремясь создать на земпѣ тотъ рай, въ существованіе котораго на небѣ разучились вѣрить люди ХѴІІІ-го вѣка. Останкинскій дворецъ —одна изъ высшихъ точекъ этой торжественнойи величественной красоты. Но вмѣстѣ съ тѣмъ люди, жившіе въ искусственнойатмосферѣ блеска и граціи, всюжизнь рвались къ чему-то противоположному,—нѣжному, простому и тихому. Они мечтали объ естественнойжизни, такой же легкой и непосредственной,какъ спова насторали, какъ пѣсенка сельской идилліи. Ихъ манила природа, но въ то же время казалась слишкомъ грубой, и нужно было создать какую-то облагороженную природу, похожую на фантастическую театральную декорацію. Нашлись художники, понявшіе эту тоскупо мечтательнойидилліи: возникаетъискусство, стремящееся возсоздать въ жизни грезы поэтовъ объ «островахъ Цитеры», о «пріютахъ музъ и грацій», о «волшебныхъ Эрмитажахъ». Природа приспособляется къ тонкому воспріятію земныхъ боговъ и принимаетъ подъ искусными руками тотъ очаровательный обликъ, которымъ мы любуемся въ Архангельскомъ. Англійскій паркъ Останкина, если не считать небольшой «регулярной» поляны передъ домомъ со стороны садоваго фасада, не заключаетъ никакихъ затѣй и декоративныхъ сооруженій. Небольшая часть парка около дворца слегка напоминаетъ нланировку Кускова, но безъ всякой вычурности и выпощенности. Паркъ разбивалъ садовникъ Маннерсъ, но отъ его искусства не осталось никакихъ ощутительныхъ слѣдовъ. Въ і8і2 году Останкино, благодаря своей близости къ Москвѣ, было ограблено французами, похитившими много картинъ, бронзы и мебели. Строитель Останкина гр. Н. П. Шереметевъ, къ концу жизни перемѣнившій Кусково на Останкино, скоро умеръ. Послѣдніе свои годы, послѣ смерти жены, онъ провелъ въ грустномъ уединеніи. Съ его смертью Останкино опустѣло и осталось грандіознымъ мертвымъ памятникомъ эстетическихъ увлеченій московскаго барства. Усадебное зодчество допожарной Москвы, не умѣя систематически утилизировать природную красоту мѣстоположенія, такъ и не выработало опредѣленнаго типаусадьбы. Вдинственноеисключеніе —Архангельское, но оно стояло внѣ традицій и строилось не-московскими руками. Первой усадьбой, разбитойно художественному плану, учитывающему всѣ природныя и естественныя данныя, были Кузьминки. Усадьба въ Кузьминкахъ (ст. Вешняки, Моск.-Каз. ж. д.) во владѣніи Строгановыхъ, называвшихся Мельницами, существовала со временъ 6* 43
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4