— 50 этой мысли г. Петровъ остановился на родѣ Радша и старался отнскать его потомство по лѣтописямъ, при чемъ высказано было предположеніе, что представители знаменитыхъ новгородсішхъ фамилій, переходя на службу къ Московскому царю, скрнвали свое происхожденіе, выдавая себя за выходцевъ то изъ Варягъ и Пруссъ, то изъ Чернигова. Докладъ г. Меичика: «Слѣдн древнѣишаго порядка судопроизводства въ Удоженіи царя Алеіісѣя Михайловича> имѣдъ своею цѣлью выяснить значеніе древнѣйшихъ способовъ правоохраненія посредствомъ сличенія однородннхъ постановленій Русскои Правды и Уложенія 1649 г. Переходя постепенно отъ формъ простѣйшихъ къ болѣе сложньшъ, докладчикъ развилъ слѣдующія основныя положенія. Уже въ первнхъ паыятникахъ русскаго законодательства месть и самоуправство допускаются преимущественно какъ способъ непосредственнаго отраженія безправнаго насилія; а въ сознаніи народа, наеколько оно отпечатлѣдось на древнѣйшихъ памятникахъ отечественной словесности, месть и самоуправство ясно и отчетливо отдѣлялись отъ самовольства и беззаконія. Личная расправа потерпѣвпіаго должна опираться на явные и несомнѣнные признаки причиненной ему обиды, т. е. вреда, соединеннаго съ злымъ умысломь. Будучи правомѣрнымъ способомъ воздаянія за ЗАодѣяніе, месть не можетъ оставаться втайнѣ; она нуждается въ іласности, и на обязанности мстителя лежитъ немедленное заявленіе о совершенномъ имъ актѣ правосудія. При такихъ условіяхъ месть является въ видѣ законной симаіюмогт, вызываемой столько же необходимостью, сколько и убѣжденіемъ, что носитель права въ тоже время есть ближайшін охранитель его. Ыо начало самопомощи само по себѣ недостаточно для обезпеченія мирнаго общежитія, настоятельно требующаго взагшнопомощи. Въ силу послѣдняго начала, всякій членъ общественнаго союза обязанъ приходить на помощь по зову обиженнаго и участвовать въ преслѣдованіи и разысканіи престунника. Безучастіе къ судъбѣ страждущихъ влечетъ за собою гражданскія и уголовныя послѣдствія. Къ этой цѣли направлепы постаповленія Русской Правды о погонѣ за ворами и разбойниками, о хожденіи по слѣдамъ, о розысканіи вора по признакамъ (знаменамъ), оставленннмъ на мѣстѣ преступленія, по положенію убитой юловы (гігшая вира). Во всѣхъ этихъ обычаяхъ и обрядахъ замѣтно разумное сочетаніе обоихъ элементовъ: личнаго и общественнаго. Если обиженный въ правѣ требовать отъ другихъ содѣйствія въ защитѣ и возстановленіи его нарушеннаго права, то, съ другой сторонн, онъ обязанъ представить осязательныя и очевидныя доказатсльства совергаеннаго престуігленія. Неизбѣжнымъ послѣдствіемъ такого порядка вещей были иеобычайная быстрота и сила преслѣдованія, всякое же упущеніе со стороны потер-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4