b000001141

— 314 — бокій знатокъ своего предмета. Онъ не былъ въ этой об- ласти ученымъ, самостоятельно разработывавшимъ тѣ или иные научные вопросы; но онъ былъ, несомнѣнно, знато- комъ церковной исторіи въ ея обработанномъ зоке видѣ и въ этомъ слз'чаѣ онъ внимательно слѣдилъ за всѣми но- выми трлдами въ области исторіи и новыми статьями по тѣмъ или инымъ части ымъ церковно-историческимъ вопро- самъ и такимъ образомъ не довольствовался тѣмъ, что пріобрѣлъ по этой части въ лз^чшіе годы своей жизни, а до послѣдняго времени старался быть, такъ сказать, въ курсѣ своей науки. Онъ не замкнулся въ самодовольномъ знаніи предмета, насколько это нужно для преподаванія его, и не утратилъ къ нему интереса, не смотря на то, что болѣе 30 лѣтъ изъ года въ годъ онъ долженъ былъ повторять одно и то же. Казалось бы, что у человѣка, въ теченіе тридцати двухъ лѣтъ трактовавшаго объ одномъ и томъ же предметѣ въ извѣстныхъ рамкахъ и въ извѣстныхъ пре- дѣлахъ, самый интересъ къ этому предмету долженъ былъ въ значительной степени ослабѣть, должно было создаться то полуоффиціально-внѣшнее отношеніе къ нему, благодаря которому самое содержаніе науки обращается въ мертвую бездушную матерію, не оживотворенную духомъ живымъ, такъ какъ привычка выработываетъ механизмъ, но убиваетъ жизнь. Но въ личности и дѣятельности П. А. Бѣлоярова сказывалось другое. Это былъ учитель, органически слив- шійся съ любимымъ ему предметомъ, не простой наемникъ въ этой области, а хозяинъ, любовно относившійся къ своему дѣлу и по мѣрѣ силъ своихъ вносившій сюда жизнь и свѣтъ. Отсюда вытекалъ необыкновенно вѣрный и мѣт- кій взглядъ его на нѣкоторыя событія церковно-историче- ской жизни, отсюда шла и та ясность, понятность и увлека- тельность его преподаванія, о которой свидѣтельствуютъ его ученики и ученицы. Искусство преподаванія П. А. Бѣлоярова сказывалось особенно въ тѣхъ случаяхъ, когда нужно было обобщить какіе-небудь исторнческіе факты, охарактеризовать извѣстную эпоху, разъяснить тѣ или иныя историческія условія, опредѣлить значеніе событій, вообще сказывалось, такъ сказать, въ философской сторонѣ исторіи. Ученики и ученицы любили его, какъ талантливаго и добраго наставника, а сослуншвцы уважали, какъ даровитаго, чест-