92 жизнь ЗАМѢЧАТЕЛЬНЫХЪ ЛЮДЕЙ. Проницательный читатель понимаетъ кромѣ того, какъ теорія пользы легко можетъ вырости на этой почвѣ убѣжденнаго демократизма. Но объ этомъ ниже. Пока —нѣсколько фактовъ изъ жизни Писарева. Уснѣхъ статей Писарева въ «Русекомъ Словѣ» былъ настолько очевиденъ, что въ скоромъ времени Благосвѣтловъ сдѣлалъ его своимъ помощникомъ. «Конечно —писалъ внослѣдствіи Писаревъ матери про эту эпоху своей жизни —у меня не было тогда ни малѣйшей практической опытности, и я толковалъ о жизни какъ совершенный ребенокъ, но я чувствовалъ въ себѣ присутствіе такихъ силъ и такой энергге, которыя ненремѣнно должны были очень быстро выдвинуть меня впередъ. И развѣ это чувство обмануло меня? Развѣ я теперь номѣнялся бы своимъ положеніемъ съ кѣиъ-нибудь изъ своихъ товарищей? Уже въ концѣ 61-го года, когда литературная карьера моя продолжалась всего нѣсколько мѣсяцевъ, мнѣ говорили очеаь опытные люди, что такого другого литературнаго дебюта они не запоинятъ. Да я и самъ это видѣлъ. Въ ноябрѣ 61-го годаяполучилъ приглашеніе работать для Современника и отказался — зане возлюбилъ Русское Слово», гдѣ Писарева ласкали и холили, устраивали для него преферансъ по маленькой и окружили всякой заботливостью. , Но зато «романъ» шелъ совершенно неблагополучно. Раиса, какъ и слѣдовало ожидать, влюбилась въ какое-то «умственное ничтожество, но зато въ человѣка «аѵесипе ѵегѵеацітаіе» —и рѣшилась отдать ему руку и сердце. Писаревъ не выдержалъ и, спустившись съ высоты своей теорін, утверждавшей, что каждый имѣетъ право располагать собою по собственному усмотрѣнію, — хотѣлъ даже драться на дуэли, и «навѣрное застрѣлился бы, не люби я такъ свою собственную особу», какъ всноииналъ онъ впослѣдствіи. Гіпіи ]а сотейіа! —и на саломъ дѣлѣ отношенія Раисы къ Писареву напоминаютъ собою комедію. Она просто напросто испытывала на немъ власть своей «е\7І§ \ѴеіЪ1іс1іе», а можетъ быть просто держала про запасъ, рѣшительно не обраш;ая вниманія на то, что человѣкъ положительно на стѣну лѣзетъ. Писаревъ самъ впослѣдствіи объяснялъ неудачу своей любви тѣмъ, что онъ слишкомъ много умствовалъ и занимался пропагандой теорій, когда «умѣстнѣе было засверкать глазами, схватить въ
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4