д. и. ПИСАРЕВЪ. 55 памяти, имѣло въ ихъ глазахъ неприкосновенность святыни; они собирали н сохраняли каждый его ничтожный автоі рафъ. Въ то же время вся окружающая ихъ обстановка показалась имъ вдвое будничнѣе, пошлѣе и грязнѣе со смертьюэтого чѳловѣка, и они исполнились ожесточеннаго протеста противъ этой обстановки. Они соединились въ тѣсную дружбу и рѣшилиеь въ память незабвепнаго человѣка посвятить всю жизнь свою внутреннему, духовному саморазвитію. Въ мечтахъ объ этомъ духовномъ саморазвитіи прошелъ послѣдній годъ пребыванія ихъ въ 7 классѣ. Все время они посвящали тому, что сходились бесѣдовать о взаимномъ внутреннемъ саиоразвитіи, все болѣе и болѣе знакомились съ русской литературой, кончая впрочеиъ только Гоголемъ, и писали различныя повѣсти, драмы икомедіи.Въ то-жевремя къ гимназическому начальству, со всѣми его жиденькими учебниками, уроками, баллами, они относились съ явнымъ превебреженіемъ, выказывая это пренебреженіѳ открытыми заявленіями нрезрѣнія къ ихъ преподаванію. «По выходѣизъгимпазіи, дружба двухъ юношей не разорвалась, а сплотилась еще крѣпче, йесмотря на то, что они пошли по разнымъ дорогамъ: одинъ поступилъ къ университетъ на филологическій факультетъ, а другой пошелъ въ моряки. Мало-по-малу общія н неопредѣленныя мечты о духовномъ саморазвитіи получили болѣе опредѣленный характеръ. Корелкинъ, увлекая своихъ воспитанниковъ Гоголемъ, очевидно, выбиралъ для чтенія лучшія егопроизведенія и совершенно умалчивалъ о послѣднемъ періодѣ его деятельности. Друзья же паши, воспринявши отъ своего учителя поклоненіе Гоголю, сами начали изучать этого писателя во всѣхъ подробностяхъ его жизни и докопались конечно до «Переписки съ друзьями». При узкомъ кругѣ развитія и темныхъ мечтах ь о духовномъ салосовершвнствованіи, «Переписка съ друзьями» подѣйствовала на юношей потрясающимъ образомъ, по крайней лѣрѣ на одного изъ нихъ. Весь міръ представилсяимъ погрязшимъ въ грѣХО80ОЙ. языческой суетности. Ужъ не говоря о всякаго рода страстяхъ и похотяхъ, даже самыя невинныя развлечепія, вродѣ куренія табаку, тапцевъ и обыденныхъ разговоровъ, стали казаться вещами предосудительными, недостойными мыслящаго человѣка и унижающими его. Мечтателямъ нашииъ казалось, что въ каждую минуту вся природа человѣка должна быть устремлена къодному— къ нравственному сомосовершенствованію, къ воплощенію въ своей особѣ идеала истиннаго христіанипа; каждое произнесенное слово.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4