8 жизнь ЗАМѢЧЛТЕЛЬНЫЗЪ ЛЮДЕЙ. проявляетъ самого себя и нолучаетъ наслажденіѳ, равнаго которому нѣтъ на земдѣ. Григоровичъ трогательно высказалъ этотъ взглядъ въ заключительныхъ словахъ своихъ восноминаній. Разумѣется, это не мѣшало людямъ сороковыхъ годовъ быть гуманистами, въ нихъ жило сознаніе человѣческаго достоинства, и они возмущались, видя это достоинство затонтаннымъ въ грязь. Но еще больше, чѣмъ возмущенія, было радости, высокой, несоизмѣримой ни съ чѣмъ радости творчества, созерцанія красоты, проявления гармоніи. Эта одна сторона сороковыхъ годовъ. Выла въ нихъ и другая, развившаяся и опредѣлившаяся лишь въ шестидесятые. Я говорю о демократической струнѣ, о жалости ко всѣмъ униженнымъ и оскорбленнымъ, о желаніи счастья человѣку, какимъ бы онъ ни былъ въ настоящую минуту. Оказалось, что созерцать красоту и проявлять гармонію по крайней мѣрѣ недостаточно. Вѣдь у того же пророка Гегеля есть прямо обидныя слова. Напр.: «нечего —говоритъ онъ—проливать слезы и лсаловаться, что хорошимъ в нравственнымъ людямъ часто и даже большей частью плохо живется, тогда какъ дурнымъ и злымъ хорошо > Позвольте, какъ такъ нечего плакать? Нѣтъ, тутъ есть отъ чего плакать, надо не только красоту созерцать, не только проявлять гармонію, но и думать о томъ, во имя того работать, чтобы «хорошимъ и нравственпымъ людямъ» на самомъ дѣлѣ хорошо жилось. «Мы—говорила демократическая партія сороковыхъ годовъ —ровно ничего не имѣемъ противъ красоты и гармоніи. Мы обожаемъ ихъ и поклоняемся имъ, только что-же прикажете дѣлать съ униженными и оскорбленными?» Бѣлинскій глубоко задумался надъ этимъ и съ своей обычной страстностью написалъ слѣдующія строки: «Мнѣ говорятъ: «развивай всѣ сокровища своего духа, для свободнаго самонаслажденія духомъ; плачь, дабы утѣшиться; скорби, дабы возрадоваться; стремясь къ совершенству, лѣзь на верхнюю ступень лѣстницы развитія, а споткнешься —падай, чортъ съ тобой, таковскій и былъ, с... с...! Благодарю покорно, Егоръ Ѳедоровичъ Гегель, кланяюсь вашему философскому колпаку; но со всѣмъ подобающимъ вашему философскому филистерству уваженіемъ честь имѣю донести вамъ, что если бы мнѣ удалось влѣзть на высшую ступень развитія, —я и тамъ попросилъ бы васъ отдать отчетъ во всѣхъ жертвахъ условій жизни и исторіи, во всѣхъ жертвахъ случайностей, суевѣрія, инквизиціи Филиппа II и пр., и пр., иначе я съ верхней ступени бросаюсь внизъ головою. Я не хочу счастья и да-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4