д. и. П и с А РЕ в Ъ. 97 опять нѣжно успокаиваетъ мать, шутливо совѣтуетъ своей маленькой сестренкѣ Катѣ «не откладывать для него лучшія яблоки, такъ какъ онимогутъ испортиться», и, обращаясь късвоей сестрѣ Вѣрѣ, говорить; «Я особенно благодаренъ тебѣ за то, что ты вѣришь моему спокойствіго и понимаешь, что въ немъ нѣтъ ничего искусственнаго Дѣйствительно; это сфера моего эюистическто характера. Весною нынѣшняго года, когда Раиса выходила замужъ, я испыталъ самое сильное горе, къ какому я только способенъ, и чѣмъ же эти страданія выразились? Не было ни слезъ, ни безсоішыхъ ночей, ни внутренней боли, ни неспособности къ работѣ. Одинъ этотъ фактъ долженъ убѣдить васъ, доротіе друзья, что жалѣть обо мнѣ ве слѣдуетъ, и что я почти не способенъ страдать.. .> Почти въ каждомъ пнсьмѣ Писаревъ впадаетъ въ шутливый тонъ. Такъ, онъ увѣряетъ напр., что «теперешнее его положеніе совершенно обезпечиваетъ его отъ «простуды, насморка и кашля, которые вѣроятно свирѣпствуютъ теперь въ Петербургѣ». «Если бы ты, мама, —продолжаетъ онъ, —взглянула на мое положеніе съ этой точки зрѣаія, то ты вѣроятно убѣдилась бы въ томъ, что каждое несчастіе, какъ бы велико оно ни было, нредставляетъ свою утѣшительную сторону. «Въ крѣности», замѣчаетъ другой разъ Писаревъ, «жить очень дешево, что при дороговизнѣ петербургской жизни вообще очень пріятно». Вскорѣ Писареву разрѣшили свиданіе съ родными, почему письма на нѣсколько мѣсяцевъ прекращаются. Слѣдующія же относятся къ 63-му году и дальше. Въ первомъ изъ написанныхъ въ 63-мъ году, мы читаемъ: «Жизнь моя, которую такъ разнообразили впродолженіе 4-хъ мѣсяцевъ свпданія съ вами, опять покатилась своимъ роввымъ теченіемъ, опять я ничего не ожидаю, живу себѣ съ минуты на минуту и опять замѣчаю, что время идетъ особенно скоро, и опять радуюсь,, потому что дни опять такъ быстро уходятъ за днями. Къ уединенію и къ моему правильному образу жизни я тамъ привыкъ, что мнѣ и въ голову не приходитъ, чтобы этими вещами можно было тяготиться. Я не думаю, чтобы я, подобно Шильонскому узнику, вздохнудъ когданибудь о моей тюрьмѣ, но я совершенно увѣренъ въ томъ, что всегда буду вспоминать о времени моего заключенія съ самою добродушной улыбкой. Мнѣ даже иногда становится смѣшно смотрѣть на себя: какой л кроткій агнедъ и какъ я со всѣмъ примиряюсь, и какъ я всѣмъ остаюсь доволенъ! —Со стороны смотрѣть, должно быть, еще смѣшнѣе, но ынѣ, отъ кротости моей, очень хорошо; эта кротость по7
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4