b000001066

40 жизнь ЗАМѢЧАТЕЛЬНЫХЪ ЛЮДЕЙ. баронъ Брамбеусъ? Вотъ напримѣръ его отзывъ о гіерог.!іифахъ: ѵ<Въ короткое время я сдѣлалъ удивительные успѣхи въ чтеніп этихъ таинственныхъ письыенъ; свободно читалъ надписи на обе- лнскахъ и шірамидахъ, объяспялъ мумін, иереводнлъ папирусы, со- чинялъ іероглифическія копны для салфетокъ и самъ даже открылъ половину одной египетской, дотолѣ непзвѣсгной буквы, за что покой- ный Шампольонъ обѣщалъ доставить мнѣ безсмертіе, упомянувъ обо мнѣ въ выноскѣ къ своему сочиненію. Правда, что г. Гульяновъ оспарнвалъ основательность нашей системы и предлагалъ другой, пмъ самимъ придуманный способъ чтенія іероглифовъ, по которому смыслъ даннаго текста выходить совершенно противный тому, ка- кой получается, читая его по Шампольону, но это не должно никого приводить въ смущеніе, и споръ двухъ ученыхъ мужей я могу рѣ- шить однпмъ словомъ: метода, предначертанная Шампольономъ, такъ умна и замысловата, что ежели египетскіе жрецы въ самомъ дѣлѣ были такъ мудры, какъ изображаютъ пхъ древніе, они не могли и не должны были читать своихъ іероглифовъ иначе какъ но нашей методѣ; изобрѣтенная-же г. Гульяновымъ іероглифическая азбука, такъ нехитра, что если гдѣ и когда либо была она въ употреб.!іенііі, то развѣ у епшетскихъ дьячковъ и пономарей, съ которыми мы не хотимъ имѣть дѣла. Суть-же нашей системы сводится къ тому, что всякій іероглифъ есть и-чи буква, или метафорическая фигура, изобра- жающая то пли другое понятіе, или ни буква, ни фигура, а только произвольное украшеніе почерка. Итакъ нѣтъ ничего легче, какъ читать іероглпфы: гдѣ не выходитъ смысла по буквамъ, тамъ должно толковать ихъ метафорически; если нельзя подобрать метафоры, то позволяется совсѣмъ пропустить іероглифъ и перейти къ слѣдующему, понятнѣйшему». За это и подобныя ему мѣста барона Брамбеуоі упрекали въ неуваженіи къ наукѣ. Помилуйте, какъ можно не вѣрить въ науку? — восклицала критика. Однако ес-чи начать упрекать Сен- ковскаго за невѣріе, то придется дѣлать это въ отношеніп не только науки, а чего-то гораздо большаго. Фантастическія путешествія насквозь проникнуты скептицпзмомъ. Остановимся нѣсколько па одномъ изъ нихъ — учеиомъ. Сюжетъ его слѣдун )П],ій. Самъ авторъ, докторъ философіи Шпурцманнъ и оберъ-бергъ-про- бнрмейстеръ 7-го класса Иванъ Антоновичъ Страбинскій послѣ долгой иоѣздки по рѣкѣ Ленѣ прибыли наконецъ къ ея устью. Ѣха- ли довольно весело. «Невозможно представить себѣ ничего забавпѣе почтеннаго испытателя природы, доктора Шпурцманна, согнутаго ду-