b000001066

22 ЖПЗНЬ ЗЛМѢЧЛТЕІЬНЫХЪ ЛЮДЕЙ. «Уже п то унц;іительно думать, что такая сволочь можетъ когда выбудь одержать надо мною верхъ, благодаря моей непредусмотрп- тельности. Говорили, что у меня есть только ожесточенные враги или фанатнческіе друзья; если это такъ, я насмѣхаюсь надъ моими врагами, я доказываю нмъ каждый день, что иасмѣхаюсь иадъ ними и не боюсь нхъ; но я чувствую въ то же время, п очень сильно, что пмѣю большія обязательства къ тѣмъ, кто удостаиваетъ меня своиаъ дружескимъ фанатнзмомъ, и что я прежде всего долженъ оправдать пхъ лестное пристрастіе пронзведеніями, достойными ихъ н меня. «Вы не можете новѣрпть, какія жертвы я приношу, чтобы заслу- жить уваженіе мопхъ друзей, н до снхъ норъ ничто не удается мнѣ; въ началѣ каждаго года я говорю себѣ: наконедъ я свободенъ, — почти свободенъ, и могу сиокойно заняться моими собственными нро- изведеніямн! Тщетная надежда: мадо-но-малу всѣ работы сваля- ваются на меня, — н въ концѣ года жертва принесена, а тяжесть монхъ занятій не уменьшилась ни на волосъ. «Нынѣшній годъ я прннесъ еще ббльшія жертвы и уже вижу, что безъ меня дѣло не идетъ и что все мое время будетъ истрачено на по- мощь друпшъ, а помогать — просто значить дѣлать все самому! — Вы мнѣ скажете: можетъ быть! но эти сто толстыхъ томовъ «В. для Ч.» — уже ДОБО.ІЬНО хорошія права на славу; вы рязвыпали тамъ множество новыхъ идей о множествѣ предметовъ; онѣ произвели не одннъ умственный переворотъ въ нашей странѣ; онѣ дали не одинъ спасительный толчекъ. Положимъ, что это правда, потому что это было сказано и повторено сто разъ моими друзьями и даже моиміг врагами: но что такое «В. для Ч.»? Это вещь эфемерная; въ ііродажѣ не оста.!іось даже ни одного экземпляра изъ этихъ ста томовъ; все было прочитано, изорвано, потеряно, этого не перепечатаютъ ни- когда, и намять о моихъ громадныхъ трудахъ, обо всѣхъ этихъ толч- кахъ, обо всѣхъ этихъ умственныхъ нереворотахъ изгладится очень скоро: обо мнѣ останется только одно смутное нреданіе. «Лѣтъ черезъ десять вы сами забудете все, что тамъ находилось, и можетъ быть спросите себя съ удавленіемъ: но что-же такое сдѣ- лалъ этотъ че.ювѣкъ, внушнвшш мнѣ когда-то столько уваженія и дружбы? Достигнуть такого результата послѣ столькихъ трудовъ — объ этомъ страшно подумать! Ваше благородное сердце сумѣетъ понять грусть, меланхо-чш, уныніе, часто овладѣвающія мною отъ этого». Въ общемъ характеристику, данную Сенковскнмъ самому себѣ, яы считаемъ совершенно справедливой. Но очень можетъ быть,