b000001045

проявленію индивидуальности. ЗдВсь уже не приходится мЪрить худозкника мЪр- ками общихъ живописныхъ задачъ той или другой эпохи. Онъ вноситъ свою ча- стицу вЪчно-живого, какъ бы оно нотомъ ни казалось устарѣвшимъ. Рябушкинъ не сразу почувствовалъ передвижническую приблизительность живописи и рисунка, даже академическую бездарную условность, но изученіе познакомило его съ иными формами, съ «веселой красочностью», которая дала такія изумительныя гаммы и гармоніи въ нашемъ древнемъ художествЪ, во всей бытовой обстановкЪ ста- ринной до-Петровской жизни и сохранившейся преемственно народной. И вотъ, живопись его послЪднихъ работъ приблизила его и къ совремепнымъ - но- вЪйшимъ задачамъ и къ древне иконописнымъ. Онъ менЪе всего прикрашивалъ и прилизывалъ исторію и действительность, какъ то дѢлали академики, менЪе всего огрублялъ и подчеркивалъ якобы характерное, какъ это дЪлали передвиж- ники. И если въ его типахъ и фигурахъ одновременно съ ихъ подлинной хара- ктерностью чувствуется какая то тонкость, мягкость, даже хрупкость, столь противорЪчащія Суриковской рЪзкости и плотности, то это именно индивидуальная особенность стиля, лея;ав- шая въ самой натурЪ художника, даже, какъ я уже отмЪтилъ, молгетъ быть въ свое- образномъ позаимствован! и у классицизма черезъ Академію. 60