b000001045

котораго появились лЪтъ за 6 до смерти, сильно развилась, согласно строжайшему запрещенію докторовъ онъ и совсЪмъ бросилъ пить. Во всякомъ случаЪ о томъ пьянствЪ, которое «сгубило столько талантливыхъ русскихъ людей», не можетъ быть и рЪчи, ибо талантъ Рябушкина расцвЪлъ именно въ послЪдніе годы его жизни, когда были написаны наиболЪе интересныя и углубленныя его произведенія. Можетъ быть пристрастіе къ вину не было только результатомъ товарищескихъ покучиваній, «когда водились деньги». Въ извЪстной замкнутости Рябушкина, его задумчивости, осторожномъ и смирномъ, но не робкомъ отношеніи къ людямъ чувствовалась затаенная обида, боль, молгетъ быть отзвуки безрадостнаго и тяже- лаго дѢтства или какого нибудь одного, ему только извЪстнаго мрачнаго и тяже- лаго впечатлЪнія, навсегда ранившаго его душу. Его, повидимому, не привлекалъ блескъ столичной яшзни, эффектная, заманчивая, показная сторона которой доступна извЪстнымъ худоясникамъ. ВслЪдствіе большого самолюбія онъ сторонился блестящихъ людей и, наоборотъ, его влекло къ людямъ простымъ. Во всЪхъ окрестныхъ деревняхъ среди крестьянъ у него было много знакомыхъ — кумовьевъ, у которыхъ онъ очень любилъ проводить время и которымъ дарилъ свои произведенія, для которыхъ совсЪмъ не былъ «бариномъ». ЗдЪсь онъ былъ своимъ человЪкомъ, превосходно зналъ бытъ и чувствовалъ психо- логію крестьянина. И ранЪе, въ Академіи, у него были большіе пріятели среди натурщиковъ. ЗдЪсь, конечно, помимо наслЪдственнаго тяготЪнія, говорили интересъ и страсть ко всему наиболЪе русскому, интересъ и страсть не сторонняго наблюда- теля, а сросшагося корнями съ народомъ и его жизнью, своего человЪка. И потому не въ силу только одного таланта — такая именно коренная, подлинная русская жизнь отражена во всЪхъ удачныхъ произведеніяхъ Рябушкина, безразлично, нод- ходятъ ли они подъ категорію современнаго или историческаго жанра. Въ совре- менномъ онъ прочувствовалъ тЪ черты стараго, которыя дали ему совсЪмъ особое, свое постиніеніе старины и историчности. Поверхностное изображеніе жизни настоя- щей и прошлой тЪмъ и отличается отъ подлиннаго, что только въ нослЪднемъ жизнь не фотографируется и не разсказывается, а передается въ своихъ основныхъ, глубокихъ чертахъ. Возможно, что самъ Рябушкинъ постигалъ ихъ болЪе интуи- тивно, чЪмъ сознательно. Въ немъ, внрочемъ, вообще была какая то затаенность даже съ близкими, можетъ быть даже безсознательная для него самого. Во всякомъ слу- чаЪ, въ деревнЪ онъ былъ окруженъ друзьями и, надо думать, находилъ удовлетво- реніе въ оригинальной жизни, устроенной имъ для себя самого, дававшей ему, по- видимому, спокойствіе, столь необходимое для художественной работы. Уже одно хронологическое перечисленіе выдающихся картинъ Рябушкина пока- зало бы, насколько всетаки, несмотря на заказы, продуктивна была его работа 56