b000001045

въ году — вещь совершенно невозможная. ЧѢмъ нибудь долженъ заполняться неизбЪжный и необходимый досугъ. У художниковъ нуждающихся онъ и запол- нялся обыкновенно заказами. Само собой понятно, что позывы къ творчеству могутъ сталкиваться во времени съ заказами и получается очень тяжелое поло- женіе. Но, думается, наиболЪе достойно и согласно съ натурой художниковъ пріобрЪтать средства къ существованію хотя бы только ремесломъ своего мастер- ства и искусства, чЪмъ другими способами. Нормированіе, распредЪленіе труда зави- ситъ, конечно, и отъ обстоятельствъ, но также и отъ личности и натуры самого художника. Было бы труизмомъ повторять общее безспорное положепіе о печаль- номъ положеніи художниковъ вслѢдствіе некультурности общества. Но въ каждомъ отдЪльномъ случаЪ было бы также слишкомъ элементарны мъ сваливать всю вину непремЪнно на общество, а не видЪть ее хотя бы отчасти въ самой натурЪ ху- дожника, въ обстоятельствахъ и ихъ сцЪпленіяхъ, гдЪ общество ни при чемъ. Съ другой стороны вЪдь и ремесло каждаго художества доставляетъ извЪстное удовле- твореніе художнику хотя бы со стороны проявленнаго умЪнья, тЪхъ вообще э-^е- ментовъ мастерства и искусства, которые входятъ въ каждое художественное ремесло. У самого Рябушкина едва ли было только ремесленное отношепіе къ очень большому количеству работъ по церковной живописи, произведенныхъ имъ. Безъ сомнЪнія, древняя иконопись такъ же глубоко привлекала его, какъ и все народное искусство, но изученіе имъ древнихъ росписей сказалось, какъ увидимъ, не не- посредственно. Именно въ области церковной яшвописи онъ менЪе всего проявилъ оригинальныя черты. Зд^сь, за малыми исключеніями, въ общей массЪ его работъ отсутствуютъ даже опредЪленно проводимыя исканія стиля, которыя сказались уже у Васнецова и Нестерова, не говоря о современныхъ художникахъ-стилистахъ, такъ увлекающихся древней иконописью. Весьма возможно, что именно зд'Ьсь, онъ, дЪйствительно не одушевляемый работой, какъ бы уступалъ опредѢленнымъ тре- бованіямъ, особенно послЪ весьма любопытной и характерной исторіи, разыграв- шейся еще въ иоловинѢ девяностыхъ годовъ, по поводу заказанныхъ ему и еще двумъ художникамъ росписей для Софійскаго Новгородскаго собора. Кстати, эта, можно сказать, увЪковЪченная исторія — характерная иллюстрація и щедрости на казенныя деньги и вкусовъ высокопоставленныхъ лицъ. Художники, получивъ авансомъ 10 тысячъ рублей, представили эскизы, въ которыхъ попытки древняго стиля у Рябушкина несомненно представляли интересъ. («Аиостолъ Петръ во дворЪ Каіафы», «Очистительная жертва св. Іоакима и Анны»). Но, въ концЪ концовъ, по желанію Победоносцева, эскизы были забракованы, разумеется, безъ требованія обратно аванса, и роспись передана иконописцу Сафонову, плачевные результаты чего на 48