b000001042

— 33 — Приложенге і-бё. Иванъ ;^л^кеандровичъ Гончаровъ. ІК. Ѳ. |<они. (Рѣчь въ публичномъ засѣданіи Симбирской Ученой Архивной ■ Комиссіи 6 іюня 1912 года.) ГІривѣтствуя отъ имени и въ качествѣ иредста- вителя разряда изящной словесности Императорской Академіи Наукъ Ученую Архивную Комиссію за ея просвѣщенную заботу объ увѣковѣченіи памяти И. А. Гончарова, я не могу при этомъ отрѣіпиться и отъ личнаго чувства радости. Мнѣ извѣстно, какъ лю- билъ вспоминать о Симбирокѣ покойный писатель, о Симбирскѣ, который далъ ему столько образовъ и кра- сокъ — и мнѣ отрадно именно здѣсь подѣлиться со слушателями моими воспоминаніями о покойномъ. Насъ связывали долголѣтнія дружественный отноше- нія. У меня сохраняется толстая пачка его писемъ, полныхъ живого и глубокаго интереса, а со стѣнъ на меня смотрятъ Вѣра съ Маркомъ Волоховымъ и Марѳинькавъ оригинальныхъ рисункахъ Трутовскаго, съ посвященіемъ ихъ автору „Обрыва", завѣщанные мнѣ послѣднимъ. Прежде однако, чѣмъ перейти къ этимъ воспоминаніямъ^ я позволю себѣ коснуться нѣ- которыхъ особенностей гончаровскаго творчества. Обращаясь къ свойству послѣдняго, необходимо отмѣтить его крайній субъективизмъ^ т. -е. тотъ личный характеръ, которымъ оно всецѣло проникнуто. Произве- денія Гончарова прежде всего— изображеніе и отраже- ніе его житейскихъ переживэній. Онъ самъ сказалъ: „что не выросло и не созрѣло во мнѣ самомъ, чѣмъ