Все это получит особую цену и значение, если мы изучим также культурный и художественный уровень среды,, в которой и для которой действовали они и вкусам которой порою подчиняли свое вдохновение и творчество. Здесь историк театра заметно соприкасается с историком культуры и искусства вообще и с психологом, а это, конечно, весьма усложняет конечную задачу его исследования. 7. Старинный театр в России, как мы выше вскользь упомянули —совсем не изучен еще с одной стороны — со стороны, я бы сказал, режиссерской. Пьесы мы знаем, хотя и нё все, но почти совсем не знаем, как оне ставились. Более того —мы ничего не находим в известных работах по истории старинного театра в России от нос ительно приемов игры, как средства вызвать те или иные эстетические эмоции у зрителя и осуществить замысел автора пьесы и ее понимание актером и режиссером. А между тем материал, хотя и. не всегда обильный, имеется порою налицо. Правда, в одних пьесах его очень . мало, за то в других, как напр. в „Акте о Калеандре и Неонильде" —его дано с избытком много: это режиссеі5ские пометки, сопровождающие текст сплошным комментарием, следящие за каждым переходом и жестом. На основании таких ремарок можно составить себе довольно отчетливое представление и о постановке пьесы, об устройстве сцены, о бутафории, костюмах, и главное —о технике актерской игры. А зная уже об устойчивости сценіГческих приемов в конце XVII и нач. XVIII в., мы на оеновани анализа данных нескольких пьес этого 29
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4