156 О тех, которые чподдержибали ансамбль» замечательно выработанным ріапо на заключительных высоких нотах. Настоящий художественный образ совершенно в стиле Андерсена создавала Гладкая в роли Гретель в опере Гумлердинка «Гензель и Гретель»; здесь превосходное пение и выразительная, полная простоты и естественности игра сливались в очень стройной гармонии. Восхитительно пела Гладкая также партию Анхен в «Волшебном стрелке», и я живо помню, как на премьере она полностью разделила овации публики с Вольской, исполнявшей Агату, хотя эта роль и центральна и более привлекает внимание. Но что было особенно поразительно, это выступление Гладкой в роли Домны Сабуровой на премьере «Царской невесты», поразительно по своей неожиданности: молодая артистка, только что выказавшая свой талант по частя чистой лирики, и вдруг создает характерную роль. Ее Домна Сабурова была цельный, жизненный, вполне реальный образ, гфоникнутый черточками живого натурального юмора, прекрасное доказательство большой гибкости таланта Гладкой. В самом деле, Волхова, Гретель и Домна Сабурова —три совершенно различные образа —• были воплощены Гладкой в тонах большой художественной выразительности, оригинальности и вполне индивидуально. И если бы Гладкая внезап. но не бросила сцену, она, несомненно, впоследствии, развив свой талант полностью, —ибо что же такое, в конце концов, четыре года для артиста, —сде.ііалась бы одним из лучших украшений мариинской сцены. Вместо того она занялась педагогикой. Положим, что и на этом поприще ее ждал большой успех, и она впоследствии поклонилась Мариинскому театру двумя своими талантливейшими , ученицами—Горской и Павловской, которые как бы принесли с собой туда, кроме собственного таланта, еще и отблеск таланта их учительницы. Теперь о тех, что «поддерживали ансамбль». Некоторых из этих артистов я хорошо помню. Вот, например, Митрофан Михайлович Чупрьшников. Хотя с ним бывали такие оказии, что его вдруг выдвигали на первый план и давали ему петь Фауста и князя в «Русалке». Между тем по своим и вокальным и внешним данным Чупрынников был артистом второго плана. У него был очень высокий тенор приятного тембра, но совершенно жидкий по звуку, собственно говоря, его можно было ' бы причислить к категории так называемых іепогіпо. Такой голос
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4