АЛЕКСАНДРОВСКАЯ СЛОБОДА. 97 лубкѣ, тѣнью мелькнулъ онъ въ сѣняхъ, опасаясь зоркихъ глазъ, быть-можетъ еще несмежившихъ очей, боярыней и дѣвицъ, татыо проскользиулъ онъ въ лонгницу, и замеръ на ложѣ страсти и. стыда въ объятіяхъ той, чье сердце вѣдомо только ему, и чье гордое чело поникло только передъ нимъ. Истекъ порывъ восторженныхъ мгновеній,... задолго до сумерекъ разстались влюбленные... Постоянный возвратъ мужа къ вечеру сті полевой потѣхи, лишалъ счастливцевъ прокоротать ночь эту вѣрную подругу, и таинственную спутницу любовныхъ свиданій Проѣхавъ три и даже до пяти поприщъ, начиналось обычное Великаго Князя отьѣзжее поле. Прибывъ на мѣсто, Государевъ стремянной и ловчій Проѣстевъ, по приказу Василія вдѣвъ ему рукавицу, вручилъ и свору съ парою борзыхъ, примѣру его послѣдовали рядкомъ ставшій Шахъ-Али, бояре, окольничьи державшіе по многу собакъ, не смотря на ув-йщанія духовенства (современныя обличенія митрополита Даніила) «кый ли же прибытокъ ти есть иадъ птицами дни изнуряти, каа жъ ти нужа есть псовъ множество имѣти, каа жъ тебѣ похвала будетъ на позорища ходити>... Длиннымъ рядомъ стали около ста приспѣшниковъ, половина псарей, а другая сокольничьяго наряда. Тихомоломъ за порослью лѣсною размѣстились всадники, наблюдая, чтобы не ушли добычи. Никому не позволялось спускать прежде Шахъ-Али. Князь ірикнулъ Проѣстеву начинать полевую потѣху, и тотъ стремглавь скачетъ во весь опоръ къ ловчимь; Дятлову, Бобрищеву и Нагому съ Государевымъ словомъ. Пошла доподлинно потѣха: звучными переливами позывистаго охотничьяго рога огласилось Залѣсье, и стая паратыхъ гончихъ съ чуднымъ созвучіемъ повела звѣря извилистыми лазами на обширныя поля, съ крикомъ, гайканьемъ, мчались страстные охотники на рѣзвыхъ коняхъ, со сворами удалыхъ борзыхъ псові,, по гонамъ шири-глади необозримой опольщины; крикъ, гайканье людское, тявканье гончихъ, порсканіе все дружно неслось за утекавшимъ волкомъ. Обрамленная, съ обѣихъ сторонъ двумя отрогами лѣса, поляна, вдавалась мысомъ въ непроницаемую чащу ельника, подъ сѣньго котораго поставлены были шатры; большой, просторный, пестрѣвшій заметомъ подбитымъ цвѣтнымъ ковромъ для Великаго Князя, другой для Шахъ-Али, третій для Государева ловчаго и сокольничаго; остальнымъ столько же для бояръ и окольничьихъ 13
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4