b000001025

— бі йШіЗни крсстьяпъ, изъ катораго читатель ясно усматриваеть, что они тихо и мирно живутъ въ своихъ сешьръ, ничѣмъ не сму- щаясь и не волнуясь, кромѣ развѣ только еемейныхъ. дрязгъ; на всякую же собственную неудачу, шужикъ предварительно энергически пугтйтъ крѣпкое русское словцо и пойдетъ изъ избы вонъ, да развѣ, идя дорогой съ тупьмъ равнодушіемъ, скажбтъ про себя: ,,8хъ— ма, дѣло — то кажись не ладно, ну да авось шииуетъ!...." потомъ опять совершенно забывая объ эгомъ принимается за свое дѣло:. Вообще нашъ русскій мужикъ отли- чается' необыкновеннымъ хладиокровіемъ, безпечностью, пожруі даже лѣнью и воловьей терпѣливостью. Безъ сомнѣнія, что на такой складъ его характера илѣли вліяніа цѣлые вѣка крѣпост^ ной зависииости, которая отбила у него шалѣйшее проявленіе мысли и воли, и повергло его въ ту аиатію и окоченѣвшую рутинность, отъ которой онъ еща до сихъ поръ не шожетъ освободиться. Благодаря Царю Преобразователю Александру ІІ-му крёстьянинъ стряхнулъ съ себя часть ига его тяготившего, съ теплою молитвою припалъ онъ къ Богу, возсылая ему отъ пе- реполненнаго сердца благодарность за своего Царя и освобож- дсніе, повторяя извѣстное изреченіе Симеона Богопріимца: ,,Ны- иѣ отпущаеши раба твоего, Владыко" и вотъ за нимъ вздох- нули милліоны рабочихъ силъ такъ долго страдавшихъ подъ нравственнымъ и физическимъ гнетомъ. Однако получивъ свобо- ду, крёстьянинъ попялъ ее совсѣмъ не въ томъ смыслѣ, въ какомъ она была ему предоставлена; со всей необузданностью широкой русской натуры, такъ долго сдерживаемой крѣпостнымъ правомъ, ринулся онъ ей на'встрЬчу и подумалъ, что можетъ дѣлать теперь все что ему заблагоразсудатся, что теперь, по русской нословицѣ, ему и чортъ пе братъ, что де батюшка ве- ликій Государь всѢхъ поровиялъ: мы вольные знать не хотииъ никого и ничего!.,. Однако сформировавшіяся вскорѣ мировыя учрежденія, положили ограниченіе его дикому и необузданному нраву и заставили покориться силѣ законовъ, примѣненныхъ съ одинаковою пользою, какъ къ нему, такъ и къ бывшему