— 35 - силенъ и сшибъ одного съ ногъ, какъ вбѣжали прочіе. Долго отбивался князь, несмотря на то, что со всѣхъ сторонъ рубили его мечами и кололи копьями. — „Нечестивцы! кричалъ онъ имъ, зачѣмъ хотите вы уподобиться Горясѣру (убійцѣ св, Глѣба)? Какое зло сдѣлалъ я вамъ? Господь отмститъ вамъ за кровь мою и за неблагодарность къ милостямъ моимъ." Наконецъ блаж. Андрей упалъ подъ ударами. Убійцы подумали, что дѣло кончено, —князь убитъ; гонимые страхомъ, они поспѣшили уйдти изъ спальни. Князь поднялся на ноги и, въ безпамятствѣ, стоная громко, выиіелъ въ сѣни. Убійцы услыхали стоны и воротились. Не найдя его въ спальнѣ, они испугались: „Погибли мы, если не найдемъ его," сказали они. Зажгли свѣчи и слѣдомъ крови дошли до князя; Андрей сидѣлъ внизу за столбомъ, вокругъ котораго вилась лѣстница. Зять Кучковича отрубилъ князю руку; другіе вонзили въ грудь мечи. Андрей успѣлъ сказать: „Господи въ руцѣ Твои предаю духъ мой", и скончался. Это было ночью съ 29 на 30 іюня 1174; года. Утромъ слѣдующаго дня, убивъ Прокопія, убійцы ограбили во дворцѣ княжемъ серебро, золото, дорогіе камни, жемчугъ, ткани и отправили ограбленное по домамъ. Затѣмъ и сами и чрезъ своихъ взволновали народъ протйвъ вѣрныхъ чиновниковъ князя; начались грабежи и убійства такіе, что страшно было смотрѣть, гбворитъ очевидецъ. Святое тѣло благовѣрнаго князя, брошенное въ огородѣ, лежало безъ призора, почти обнаженное. Добрый слуга Козьма, отыскавъ его, стоялъ и горько плакалъ надъ нимъ. Увидѣвъ Анбала, идущаго во дворецъ, Козьма вскричадъ ему; ,.даі^ коверъ или что-нибудь покрыть князя." Оставь его, сказалъ съ злобою Аыбалъ; мы кинули его на съѣденіе псамъ. „Извергъ! воскликнулъ добродушный слуга; помнишь ли, въ какомъ рубип];ѣ пришедъ ты къ князю? теперь ты въ бархатѣ, а князь —бдагодѣтель твой дежитъ нагой." Анбадъ далъ коверъ и епанчу [корзно); Козьма прикрылъ .тѣло страдальца и положилъ въ притворѣ церкви, потому что пьяные сторожа не захотѣли отпереть
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4