VI. Мнимая страстность Каткова. —Польская интрига. —Первоначальное отношеніе Каткова къ рефорианъ прошлаго царствованія. —Оцѣнва имъ важнѣйшвхъ событій шестидесятыхъ годовъ. Такимъ образомъ уже тогда вполнѣ опредѣлилась одна изъ осповныхъ чертъ публицистической дѣятельности Каткова. Если онъ съ такою рѣшительностыо выдвинулъ національный принципъ, то это объясняетсявъ значительной степени желаніемъ найти своеобразный и твердый базисъ для своей дѣятельности въ качествѣ редактора «.Моск. Вѣдомостей>. Онъ вспомнилъ свои первые успѣпіные шаги на литературномъ поприщѣ и, прислушиваясь къ настроенію москвичей, пришелъ къ заключенію, что новая ссылка на силы, таящіяся въ русскомъ народѣ, можетъ сослужить ему и въ данномъ случаѣ не маловажную службу. Полная непослѣдовательность, которую онъ проявлялъ въ этомъ отношеніи, его нисколько не смущала. Горячій приверженецъ западной культуры и западныхъ порядковъ, какимъ онъ выступилъ въ «Русскомъ Вѣстникѣ», вдругъ превратился въ яраго сторонника того направленія, которое онъ въ своихъ письмахъ къ Краевскомуклеймилъ кличкою «руссопетскаго». Бывшій рьяный антагонистъ Погодина и Шевырева протягиваетъ имъ теперь руку и говоритъ и дѣйствуетъ именно въ ихъ духѣ. Достигнутый имъ успѣхъ окончательно опредѣляетъ характеръ его послѣдующей дѣятельности. Если онъ въ началѣ польскаго мятежа говорилъ, что Россія вовсе не заинтересована въ тоиъ, чтобы подавлять польскую народность, то со времени назначенія Муравьева виленскимъ генералъ-губернаторомъ
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4