16 жизнь ЗАМѢЧАТЕЛЬНЫХЪ ЛЮДЕЙ. нуіо поддержку. Катковъ жилъ за границею большею частью въ долгъ, и подчасъ находился въ такомъ критическомъ положеніи, что готовъ былъ просить посольство о возвращеніи его въ Россію на казенный счетъ*). Къ тому же состояніе его здоровья было весьма неудовлетворите.иьно, можетъ быть отчасти вслѣдствіе лишеній, которыя ему пришлось терпѣть. Кълитературѣ Катковъ въ то время, видимо, охладѣлъ, потому что его сотрудничество въ «Отечественныхъ Запискахъ» было весьма отрывочное и скудное. Онъ прослушалъ лекціи Шеллинга втеченіи двухъ семестровъ. О другихъ занятіяхъ его ничего не извѣстно. Шеллингомъ онъ восторгался и во всякомъслучаѣ прекрасно изучилъ нѣмецкій языкъ. Вотъ что ппгаетъ Боденштедтъ о Катковѣ по возвращеніи его изъза границы. «Съ особенньшъ одушевленіемъ говорилъ Катковъ ( Шеллингѣ и Яковѣ Гриммѣ. Въ домѣ Шеллинга онъ былъ нринятъ весьма радушно и часто носѣщалъ его. Въ воспоминаніяхъ объ этомъ знакомствѣ играла не малую роль прелестная дочь Шеллинга, съ которой я познакомился впослѣдствіи, когда она была уже замужемъ за барономъ Цехомъ(2ес1і) . Катковъговорилъ о ней всегда събольшимъ уваженіемъ, тогда какъ вообще онъ не находилъ особеннаго удовольствія въ дамскомъ обществѣ. Нѣмецкимъ языкомъ, разговорнымъ и письменнымъ, Катковъвладѣлъ въ такомъ совершенствѣ, что мнѣ ни разу не случалось подмѣтить въ его рѣчи какого-нибудь иностраннаго выраженія». *) „Русская Старина", май 1887 г.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4