b000000979

566 РУСШЙ ВѢСТНИКЪ. Она привела насъ въ средину Царицына пруда на глубину од- ной сажени. Это правильная, четвероугольная яма саженей 30 въ огфужности; воды въ вей нѣтъ, но по топкости дна, покры- таго толстымъ слоемъ листьевъ, видно, что прудъ пересыхаетъ только лѣтомъ. Съ боковъ терновникъ да деревья , сверху куща вѣтвей совершенно защигцаютъ это мѣсто отъ взгляда любопытных^, но ' прудъ Царицынъ посѣш(аютъ. Вотъ слѣды: нѣсколько закопчен- ныхъ кирпичей, да угли, сложенные пирамидкой, показыва- ютъ, что въ уединенной бесѣдпѣ не такъ еще давно бесѣдовали, подогрѣвая себя чайкомъ, можетъ быть, — какія-нибудь два лю- бящіяся сердца. — Поищемъ, поищемъ, шутилъ одинъ изъ нашихъ спутниковъ, не вырѣзала ли на какомъ-нибудь деревѣ царица Авдотья сво- его имени, или въ ея время не дошли еще до этихъ романи- ческихъ тонкостей? Въ то время, какъ нашъ спутникъ въ вечернемъ сумракѣ, тщет- но отыскиваетъ на деревьяхъ вензеля царицы-инокини, мысль моя залетѣла за полтораста лѣтъ назадъ. Эти деревья, стѣны, башни, рѣчка, прудъ — все, рѣшительно все, въ краснорѣчивомъ молчаніи повѣствовало мнѣ о прошломъ времени. Вотъ царица Авдотья, вѣрная и любящая, бесѣдуетъ съ избранникомъ своего сердца.... Можетъ-быть, въ столь же чудный вечеръ, въ какой мы- теперь гуляемъ, провела Глѣбова въ келью царицы старица Капитолина.... монастырь угомонился, старушки-монахини и молоденькія крылошанки улеглись спать... Царица Авдотья ведетъ своего ненагляднаго Степана въ любимое мѣсто своей прогулки; проходитъ въ эту нынѣ закладенную дверь, и въ тай- ной бесѣдѣ передаетъ ему свои смутныя надежды на оевобон?» деніе, говоритъ о любимомъ сынѣ; пугливо озираясь кругомъ, разспрашиваетъ про нею, про гонителя своего, про жену его Нѣмку-Катерину Шепотомъ передаетъ слышаниыя проро- чества, что весь этотъ Содомъ и Гоморръ не долго пробудетъ, что сами умретъ и умретъ скоро, помретъ лютою смертью и окол- довавшіая его, не устоять и ихъ городу, провалится Петербургъ!... Надежды на лучшее будущее помрачаются тяяшими воспоми- наніями о лишеніяхъ страда.іьческой жизни; царица вспо- минаетъ^ что она сослана, лишена всякаго призрѣнія, семьи, дѣтей, лаже средствъ къ жизни, за то только, что красавицы Нѣмецкой елободы остудили къ ней его царскую любовь И плачетъ даз, и горюетъ,, припадэетъ на грудь своего един-