b000000942

230 вами: „а ну-ка Мйша, давай поборемся", схватываетъ его подъ силки и происходить борьба, которая оканчи- вается не всегда благополучно, такъ что вожаку иногда приходится и самому представлять, „какъ малыя дѣти горохъ воруютъ", — и хорошо еще если онъ отдѣлается при этомъ одними помятыми боками, безъ переломовъ. Клеплютъ еще на Михаилу Иваныча, будто онъ до бабъ охотникъ, и на этотъ предметъ даже скоромная картинка сочинена (см. № 180); но бабы говорятъ, что это вздоръ, положительно; — а вотъ какое повѣрье на самомъ дѣлѣ записано въ одномъ Румяцевскомъ сбор- никѣ 1754 г.: „тяжелыя да бабы, для примѣты, даютъ изъ своихъ рукъ медвѣдю хлѣбъ; если онъ при этомъ рыкнетъ — то родится дѣвочка, а если возьметъ молча — то будетъ мальчикъ". Обыкновенно медвѣжья компанія ходить только втро- емъ: вожакъ, мѳдвѣдь — Михайло Иванычъ и коза; но бываетъ, что, изъ финансовыхь соображеній, два вожака соединяются вмѣстѣ: одинъ съ Михайломъ Иванычемь, а другой съ Марьей Ивановной (медвѣдицей), и берутъ съ собой только одну козу. Медвѣжья пляска составляеть народную забаву съ глубокой древности; о ней упоминаетъ и домострой и гра- моты 1648 и 1649 гг., изъ которыхъ послѣдняя неуспѣш- но пыталась запретить ее, равно какъ ипляску съ соба- ками (см. прим. къ №№ 92 и 177). Кромѣ пляски, медвѣ- дей держали издавна и для травли (прим. къ № 177) и для потѣхи во дворѣ и въ комнатахъ. Въ примѣчаніи къ № 177 помѣщены нѣкоторыя по этому предмету свѣдѣнія; изъ нихъ видно между прочимъ, что Малюта Окуратовъ и Ромодановскій травили медвѣдями людей, а для импе- ратрицы Елизаветы Петровны медвѣдей обучали танцо- ванію въ Невской лаврѣ: въ 1754 году послано было туда изъ дворцоваго кабинета два медвѣдя келейнику