b000000942

152 Все это въ текстѣ картинки выпущено, и судья прямо переходить къ раепросамъ: чѣмъ Лещъ Ерша уличаетъ. На это Лещъ сперва ссылается на свидѣтелей Сига и Ладогу, но такъ какъ Ершъ представилъ отводъ, что Сигъ и Ладога рыбы большія, а мы рыбы малыя, да и съ Лещемъ онѣ хлѣбъ соль вмѣстѣ водятъ и потому правды не скалсутъ, — то Лещъ сослался на Сельдь; противъ этой и Ершъ не имѣлъ что сказать и прибавилъ: „то общая правда ^ на ту и я шлюся", Вслѣдствіе чего судьи послали за Сельдью пристава Окуня, который взялъ въ понятые Сома; но Сомъ, съ большимъ усомъ, сталъ отговариваться, „что-де я въ понятые не гожусъ, — ймѣю брюхо велико, ходить не смогу, глазами вдоль не вижу", — и Окунь отпустилъ Сома, и взялъ въ понятые Язя, и поставили они Сельдь передъ судьями Когда Сельдь была поставлена передъ судьями, судьи спросили ее: „чье Ростовское озеро изстари, — Ершово-ли? и знаютъ-ли Ерша на Москвѣ всѣ богатые покупатели (какъ на это ссылается Ершъ въ рукописныхъ сказкахъ), и покупаютъ-ли его для похмелья дорогою цѣною и съ похмелья имъ оправляются-ли?" На это Сельдь Переяславская сказала, что: „Ростов- ское озеро изстари Лещево, и тотъ-де Ершъ, гдѣ не по- просится ночевать, и кто его невѣдаючи пуститъ, и онъ хочетъ хозяина выжить, а знаютъ его", прибавляетъ она язвительно, „всѣ богатые — у кого одна полушка есть, и на ту Ершовъ много купятъ, столько не съѣдятъ, сколько расплюютъ". Затѣмъ на картинкѣ слѣдуетъ весьма краткій приговоръ: „судьи приговорили Леща оправить, а отвѣт- Въ одной изъ рукодисныхъ сказокъ есть прибавка о томъ, какъ Окунь взялъ сперва въ понятые Надима, и какъ тотъ сулшъ ему посулы великіе, н выпросился изъ понятыхъ; въ другомъ спискѣ Налимъ вызывается въ судъ въ качествѣ овпдѣтем; онъ дарить приставу гривну «на волокиты» и тѣмъ избавляется оіъ явки (см. примѣч. IV. 274).