b000000938

64 ЖУКОВСЕІЙ. Самъ Ж. не указалъ этого источника. Свѣдѣнія о рѳпертуарѣ тульскаго театра, которымъ руководила В. А. Юшкова и который, вподнѣ вѣроятно, посѣщалъ Ж., могли бы открыть источникъ, такъ какъ можно предположить, что ребѳнокъ напи- салъ трагедію подъ вліяніѳмъ и по при- мѣру видѣнной въ театрѣ, — но познако- миться съ этимъ репертуаромъ едва ли есть надежда, такъ какъ архива театра не сохранилось. Этотъ сложный вопросъ объ источникѣ дѣтской трагедіи Л{. и раннихъ на него литературныхъ вліяній разсматриваетъ новѣйшій изслѣдователь біографіи Ж., профессоръ В. И. Рѣзановъ, Хотя ему не удалось опредѣленно рѣшить этотъ вопросъ, но тѣмъ не менѣе изсдѣ- дователь сдѣлалъ рядъ довольно удач- ныхъ и заслуживающихъ вниманія дога- доЕъ. Проф. Рѣзановъ указываетъ, что въ основѣ этой трагедіи лежитъ легенда о Еамиллѣ, который, по преданііо, спасъ Римъ во время нашѳствія галловъ, при помощи жителей Ардеи, которая была древней столицейрутуловъ. Что же касается источника, изъ котораго сдѣлалась из- ■вѣстна .яегенда Ж., то проф. Рѣзановъ дѣлаетъ догадку, что не изъ плутархов- ской-ли біографіи Камилла, съ которой Ж. могъ познакомиться, какъ по фран- цузски (напр. „Оепѵгѳз іе Ріпѣагдпѳ і^га- с1иі1;ез йи §гес раг ^ас^иѳз Ашуоі;". Рагів. 1784), такъ и въ русскомъ пѳреводѣ Глѣ- бова („Житія славныхъ въ древности му- люй, писанныя ІІ.ігутархомъ". Дерев. , съ фр. 2 ч. Спб. 1765). Проф. Рѣзановъ вы- сказываетъ еще одно заслуживающее также вниманія предиоложеніе. „Но по- вліяди ли на выборъ Ж. сюасета,— гово- ритъ изслѣдоватѳль, — и не доставили ли ему отчасти матѳріадъ сцены „Публій Сципіонъ послѣ сраженія при Еаннахъ" Мейснера, напечатапныя въ журналѣ „Пріятное и полезное препровожденіе вре- мени" за 1795 г. ч. 5-я. Мейснеръ (Ав- густъ Готлибъ, 1753 — 1807), какъ из- вѣстно, былъ авторомъ драмъ, въ кото- рыхъ онъ отчасти подражаетъ францу- замъ. Въ его сценахъ „Публій Сципіонъ" взятъ моментъ, аналогичный „Еамиллу"; Римъ послѣ поражѳнія, нанесеннаго при Каннахъ римскому войску Ганнибаломъ; первая сцена открывается совѣщапіемъ военныхъ трибуновъ и офицеровъ: рѣчь идетъ о тяжкихъ оботоятельствахъ, по- стигшихъ Римъ; Лентулъ разсказываетъ о подробностяхъ битвы. Военный трибунъ Публій Сципіонъ обращается къ окружаіо- щимъ съ горячимъ призыіюмъ спасать отечество; читаемъ между прочимъ слѣ- дующее: Сципіонъ, ...Называйте Канны Алліеіо, именуйте Ганнибала Бренномъ! Пусть онъ свирѣпствуетъ до стѣнъ римскихъ, до гробовъ галльскихъ; ну развѣ нѣтъ у отечества нашего Еамидловъ? Развѣ мы не внуки оныхъ героевъ? Не равны съ ними въ муясествѣ, добродѣтели и патріо- тизиѣ? Всѣ. Равны, равны! Одинъ голосъ. Будь ты Еамилдомъ. Всѣ. Будь нашнмъ Камнлломъ! Пове- лѣвай! Предписывай! Веди насъ куда тебѣ угодно!.. Это мѣсто и могло обратить вниманіе Ж. на Камилла и побудить обработать легенду о немъ въ подражаніе пьесамъ, видѣннымъ на сценѣ тульскаго театра. Пылкія рѣчи Сципіона очень удобно могли быть перефразированы Ж. и вложены въ уста Камилла". По оловамъ А. П. Зонтагъ, „Камиллъ" прошелънасцѳнѣдомапіняготеатрасъ боль- шимъ успѣхомъ. Это ободрило маленькато трагика и вскорѣ онъ уже написалъ другую пьесу; „Г-жа де-ла Туръ", заимствовавъ содержаніе изь пользующейся тогда боль- шимъ успѣхомъ сентиментально-идилли- ческой повѣсти Бернарда де Сенъ-Пьера — „Павелъ и Виргинія". Пьеса была по- ставлена на домашней сценѣ, но, по сло- вамъ А. П. Зонтагъ, не имѣла успѣха, что сильно подѣйствовало на юнаго дра- матурга. „Первая литературная неудача, — говоритъ К. К. Зейдлицъ,— подѣйствовала на Ж. рѣшительно. Онъ сохрани лъ долго послѣ того какую-то робость и не спѣ- шилъ предавать свои сочиненія глас- ности, представляя ихъ напередъ на стро- гое обсужденіе избранному кругу своихъ подругъ и друзей". Такимъ образомъ, мы видимъ, что атмосфера, царившая въ домѣ Юшковыхъ, оказала сильное вліяніе на ребенка: онъ горячо увлекся литературой и театромъ, пренебрегая класснымъ ученіемъ. Еромѣ двухъ пьесъ Ж., по словамъ А. П. Зон- тагъ, написалъ рядъ мелкихъ нроизведе- пій. Еонечно, при такихъ условіяхъ уче- ніе мальчика въ народномъ училищѣ не