b000000938

зотовъ. 489 геяіальнаго въ литературномъ отношеніи, яо нравственная цѣдь театра уже потеряна. Авторы, нрорвавъ спасительную плотину условныхъ законовъ, пустились во всѣ преувеличенія пылкаго Боображенія и наводнили литературу множествомъ чудо- вищныхъ драмъ, основанныхъ на однихъ эффектахъ безъ правдонодобія, а главное безъ моральной цѣли. Они, вмѣсто поученія толпы, стали раздражать ея страсти; вмѣсто изящныхъ картинъ были выставлены безнравственныя; вмѣсто пріученія къ порядку проповѣдывали идеи анархіи и раз- врата; вмѣсто любви къ отечеству прослав- ляли космополитизмъ; вмѣсто преслѣдованія и осмѣянія пороковъ старались дѣлать многія преступленія не только извини- тельными, но и интересными. Съ этой минуты цѣль театра измѣнилась, и это очень ясаль. Составляя полезное и пріятное занятіе, театръ отвлекаетъ толпы народа отъ другихъ разсѣяніі, болѣе вредныхъ для тѣлеснаго и нраііственнаго его здо- ровья. Но нріучая его къ театру, нужно вмѣстѣ съ тѣмъ и незамѣтно . дополнить образованіе его, показывая ему только картины добродѣтелей гражданскихъ, семеіныхъ и моральныхъ, чтобъ онъ с.іѣдовалъ всегда по стезѣ законовъ, нрав- ственности и любви къ отечеству. Возбуж- деніе дурныхъ страстей приноситъ вредъ обществу. Публика, пріучѳнная авторами къ эксцентричности, теряетъ уже вкусъ къ изящному, дѣлаясь своенравной и без- толковою. Разумѣется, отъ этого погибаетъ драматическая литература и сценическое искусство... Нашъ русскій театръ лучше всѣхъ въ Европѣ можетъ выполнить благородную цѣль своего назначенія, то-есть исправ- ленія нравовъ, водворѳнія хорошаго вкуса и пріученія публики къ чувству изящнаго, прекраснаго, похвальнаго. Вездѣ театры основаны и существуютъ въ видѣ частной спекуляціи, и антрепренеру, конечно, всего дороже свой карманъ. Что ему за дѣло до нравственности зрителей, до образованности ихъ и чувства изящ- наго? Для него балаганныя пошлости гораздо важнѣе произведеній Шекспира и Шиллера... Но у насъ театръ принадле- житъ придворной части и содержится отъ казны, для которой гораздо важнѣе, чтобы большинство публики было обра- зованное и одушевленное чувствомъ добра и долга, нежели какіе - нибудь мелочные остатки экономіи, исчезающіе въ государ- ственномъ бюджетѣ, какъ капля въ морѣ... У насъ не нужно разсуждать: принесетъ ли такая-то пьеса много денегъ, а только — достойна ли она по цѣли и направленію пред- положенной цѣли, принесетъ ли она честь литературѣ, будетъ ли содѣйствовать развитію искусства между артистами и просвѣщенія между зрителями?.. Сценическое искусство не имѣетъ общихъ основныхъ правилъ, а должно сообразо- ваться съ колоритомъ пьесъ и современ- ными требованіями... Теперь, когда , французскій классицизмъ уже исчезъ, и даже Шиллеръ почти изгнанъ съ русской сцены, не осталось на ней ничего, кромѣ странной смѣси литературъ и вкусовъ (а часто и безвку- сія) всѣхъ націй. Какъ въ политикѣ, такъ и въ литературѣ нововводители любятъ разрушать все прежнее, не создавая ни- чего своего новаго и хорошаго. Французы сохранили свой романтическій репертуаръ. Нѣмцы вѣрны своимъ великимъ поѳтамъ; англичане — своему Шекспиру, а мы, давно забывъ Сумарокова, Княжнина, Озерова, Шаховского, не создали еще собственнаго своего національнаго театра и все придумываемъ новыя попытки да утѣшаемся передѣлками съ иностраннаго, прилаживая ихъ, къ соя;алѣнію, подъ рус- скіе нравы. Нѣмцы, французы составили себѣ свой особый родъ и совершенно правы, потому что онъ соотвѣтствуетъ ихъ физіологиче- ской ириродѣ. Какъ скоро тѣ или другіе пустятся въ итальянскую музыку, они неестественны, дурны, смѣшны, и изъ всѣхъ европейскихъ націй, можетъ быть, русскіе ближе всѣхъ въ состояніи подра- жать итальянцамъ. Но это успѣшное подражаніе вовсе не доказываетъ еще, чтобы мы должны были постоянно этимъ заниматься. Театръ нашъ едва достигъ до столѣтія своего существованія; опера еще гораздо моложе. Но мы уже успѣли переиграть всѣ роды музыкъ: и итальян- скую, и. французскую, и нѣмецкую. Бо.ііь- ше всѣхъ имѣла у насъ успѣхъ французская комическая опера, и надобно было оста- ваться при этомъ. Разумѣется, важнѣе всего было бы созданіе собственной рус- ской оперы, и начиная съ незабвеннаго Кавоса, который многочисленными своими твореніями подожилъ основаніе ея суще- ствованію, многіе композиторы прослави-