b000000938

158 ЗАГОСКИНЪ. Послѣ него 3. уже не писалъ больше ро- мановъ, ж къ послѣднему трехлѣтію его жизни относятся только болѣе мелкія со- таненія. Такъ, помимо множества разно- образныхъ статей, издававшихся имъ время отъ времени отдѣльными выпу- сками подъ заглавіемъ „Москва и Мо- сквичи", содержаш;ими самыя разнообраз- ныя веш,и, извѣстны его комедіи: „Недо- вольные", „Урокъ матушкамъ", „Заштат- ный городъ", „Поѣздка за-границу", „Же- натый женихъ" и др. Плодовитость 3. удивляла современни- ковъ: онъ нанисалъ и нанѳчаталъ 29 то- мовъ романовъ, новѣстей и разсказовъ, 17 комедіі и одинъ водевиль. Въ исторіи литературы ему нринадлежитъ почетное мѣсто родоначальника русскаго истори- ческаго романа. Несомнѣнный талантъ художника и душевная теплота, согрѣ- вавшая его романы, дѣлали его въ свое время кумиромъ „большой публики" и нріобрѣтали ему массу поклонниковъ. „Юрій Милославскій", съ такимъ востор- гомъ принятый обш,ествомъ въ началѣ XIX столѣтія, не нотерялъ своего значе- нія до настояпі;аго времени, и съ боль- шимъ удовольствіемъ читается въ XX вѣкѣ. По убѣжденію 3. былъ глубокій націоналистъ и весьма горячій патріотъ. Русскій языкъ, нравы и обычаи родины, служили предметами его поклоненія; „свя- тыня православія", преданность престолу, честь и слава отечества всегда выстав- лялись имъ въ самомъ привлекательномъ свѣтѣ; о русскомъ человѣкѣ онъ говорить; „Русскій человѣкъ на томъ стоитъ: гдѣ бѣдовое дѣло, тутъ-то удальство и пока- зать". Основными качествами характера 3. были: честность, веселость, неограни- ченное добродушіе, довѣрчивость и... наив- ность. Интереснѣйшую характеристику М. Н., какъ человѣка, даетъ современ- никъ и личный другъ его А. Т. Аксаковъ: „3., — говоритъ онъ, — во всю свою жизнь не сдѣлалъ съ намѣреиіемъ никому вреда. Это — несомнѣнная истина. Въ пылу го- рячаго спора, ему случалось сказать о чѳловѣкѣ, даже при лишнихъ свидѣте- ляхъ, что - нибудь, могуш;ее повредить ему, но когда горячность проходила, и 3. объясняли, какія вредныя послѣдствія могли имѣть его слова, которыхъ онъ не помнилъ, — Боже мой, въ какое раскалніе приходилъ онъ... онъ отыскивалъ по всему городу заочно оскорбленнаго имъ чѳло- вѣка, бросался къ нему на шею, хотя бы то было посреди улицы, и нросилъ про- ш;енья; этого мало; отыскивалъ людей, при которыхъ онъ сказалъ обидныя слова, признавалъ свою ошибку прѳвозносилъ похвалами обиженнаго... Разсѣянность 3. доходила до того, „что онъ часто клалъ чужія веш;и въ карманъ и даже запиралъ ихъ въ свою шкатулку; сѣлъ одинъ разъ въ чужую карету, къ дамѣ, не коротко знакомой, и приказалъ кучеру ѣхать до- мой, тогда какъ мужъ стоялъ на крыльцѣ, и съ удивленіемъ смотрѣлъ на похищеніе своей жены. Въ другой разъ онъ велѣлъ отвезть себя не въ тотъ домъ, куда хо- тѣлъ ѣхать, и гдѣ ожидало его цѣлое об- щество; онъ задумался, вошелъ въ гостин- ную, въ которой бывалъ очень рѣдко, и объ- явилъ хозяйкѣ, съ которой былъ некоротко, но давно знакомъ, что пріѣхалъ прочесть ей по обѣш;анію отрывокъ изъ своего романа; хозяйка удивилась и очень обрадовалась, а З.,примѣтивши наконецъ ошибку, иосовѣ- стился признаться въ ней, и прочелъ на- значенный отрывокъ къ обп];ему удоволь- ствію хозяевъ и гостей. Разсѣянность не оставляла иногда 3. даясѳ въ дѣлахъ слу- жебныхъ: онъ подалъ одинъ разъ ми- нистру вмѣсто рапорта о благосостояніи театра, счетъ своего портного: министръ усмѣхнулсіі и сказалъ: „охъ, эти господа авторы". 3. былъ не только разсѣянъ, но и чрезвычайно безпамятенъ, отчего такъ конфузился на сценѣ, что почти не могъ участвовать въ благородныхъ спектакляхъ. Въ одной интермедіи ему предстояло продекламировать имъ же написанные куплеты; опасаясь, что забудетъ стихи, онъ переписалъ ихъ четкими буквами и положилъ въ карманъ; онасеніе оправда- лось: онъ забылъ куплетъ и сконфузЕ;^ся; но досталъ изъ кармана листокъ, подо- шелъ къ лампѣ, пробовалъ читать въ очкахъ ибезъочковъ, перевертывалъ бу- магу, но никакъ не могъ разобрать сво- его почерка, сконфузился еще больше, что-то пробормоталъ, поклонился и ушелъ. Его веселость, происходившая отъ невоз- мутимой ясности души, безупречной со- вѣсти и неистопі;имаго благодушія, не- вольно сообп];алась й другимъ: онъ былъ любимъ въ обш;ествѣ, въ кругу родныхъ и въ семьѣ. Злыхъ людей 3. нѳ зналъ. „Лицемѣрія онъ не понималъ. Множество