b000000937

РИХТЕРЪ. 249 женія, гдѣ явился конкурентомъ еъ про- фессорами: А. П. Брюлловымъ, А. А. То- номъ, Хр. Мейеромъ и академиками: И. С. Гальбергомъ, Э. X. Аннертомъ, Е. Пас- кал емъ, Я. В. Ветлужскимъ, А. М. Горно- стаевымъ, К. И. Реймерсомъ и А. Бе- ретти. Въ засѣданіи 20-го Февраля 1841 г. Совѣтъ Академіи, разсмотрѣвъ всѣ эти' проэкты, пришедъ къ заключению, что, «такъ какъ каждый изъ нихъ имѣетъ болѣе или менѣе достоинствъ въ художе- ствен номъ отношеніи, то препроводить оные, для дальнѣйшихъ распоряженій, къ г. Главноуправляющему Путями Сообщенія и Публичными Зданіями». О дальнѣйшей судьбѣ этого проекта намъ ничего не из- вѣстно. Попавъ въ Москву, Ѳ. Ѳ. Рихтеръ, всегда склонный къ художественно-археологиче- ской дѣятельности, чтб подтверждаютъ и его пенсіонерскія работы, не могъ не увлечься, въ самомъ скоромъ времени, русской древней архитектурой. По свидѣ- тельству М. П. Погодина, онъ утверждалъ что «въ русскихъ церквахъ встрѣчаются такія очертанія, такія линіи прямыя и кривыя дуги, такія соединенія, украшенія, что имъ нельзя не удивляться». Эта-то любовь къ древне-русскому зодчеству и послужила, какъ можно думать, поводомъ къ приглашенію его на должность дирек- тора Дворцоваго Архитектурнаго Учи- лища, на которую онъ и былъ опредѣленъ 15-го апрѣля 1842 года. По словамъ Б. В. Никитина, Рихтеръ ввелъ здѣсь срочныя программы, тогда какъ раньше каждый изъ учениковъ по- давалъ свою работу, когда успѣвалъ. Те- перь въ младшихъ классахъ задавались программы ежемѣсячао, въ старпшхъ — на три мѣсяца, а въ выпускномъ — на годъ. Какъ преподаватель, онъ не допускадъ никакой погони за декоративными эффек- тами, а требовалъ соблюденія цѣлесообраз- ности проэкта. Просматривая работы уче- никовъ, онъ подробно объяснялъ ихъ ошибки и недостатки, но никогда не поз- волялъ себѣ, подобно другимъ проФессо- рамъ, дѣлать поправки въ этихъ работахъ, а требовалъ самостоятельности и созна- тельнаго отношенія къ дѣлу. Отношенія его къ ученикамъ были самыя сердечныя. Онъ старался содѣйствовать ихъ усиѣ- хамъ всѣми зависящими отъ него мѣрами. Наиболѣе выдающимся ученикамъ онъ раздавалъ для копированія собственный свои пенсіонерскія работы. Для практи- ческаго ознакомленія со строительнымъ искусствомъ онъ посылалъ ихъ на свои или на другія выдающаяся стройки. Директоромъ Училища Ѳ. Ѳ. Рихтеръ оставался вплоть до 1865 г., когда оно было упразднено и слито съ теперешнимъ Училищемъ Живописи, Ваянія и Зодче- ства, въ которомъ онъ уже раньше со- стоялъ членомъ Совѣта Общества. И здѣсь, хотя онъ и не такъ близко стоялъ къ дѣлу, но относился къ новому Училищу съ такою же добросовѣстностью, Такъ, въ 1860 г., онъ подробно изучилъ ходъ преподаванія въ Училищѣ, изслѣдо- валъ причины неуспѣховъ и представилъ въ Совѣтъ Общества подробную и обстоя- тельную записку, которая и была принята во вниманіе Совѣтомъ при реФормѣ учеб- наго дѣла. Но этотъ родъ дѣятельности не мѣ- шалъ Рихтеру съ успѣхомъ продолжать и архитектурный работы. Въ виду частыхъ и продолжительныхъ отлучекъ изъ Мо- сквы Главнаго Архитектора по построенію новаго Кремлевскаго дворца, К. А. Тона, Министръ Двора, князь П. М. Волконскій, 9-го Февраля 1843 г., рѣшилъ поручить Рихтеру «наблюденіе за всѣми частями дворца, какъ по практическимъ работаиъ, такъ и по составленію рисунковъ и смѣтъ, съ наименованіемъ Старшимъ Архитекто- ромъ», а 31-го августа того же года, онъ утвержденъ былъ Членомъ Архитектур- наго Совѣта при Коммиссіи для построения въ Москвѣ храма во имя Христа Спаси- теля. Этотъ годъ измѣнилъ и семейное ноло- женіе нашего художника, такъ какъ вес- ною онъ женился на Александрѣ Нико- лаевнѣ Петровой. По окончанін постройки Кремлевскаго дворца, Рихтеръ, 2-го апрѣля 1849 г., не только получилъ чинъ статскаго совѣт- ника и золотую медаль въ память этого событія, для ношенія на голубой лентѣ въ петлицѣ, но еще награжденъ былъ ор- деномъ св. Анны 2-ой степени и пятью ты- сячами руб. сер. Очевидно, уже въ это время вниманіе къ отечественной старинѣ не ограничи- валось у него только осмотромъ памятни- ковъ, случайно попадавшихся ему на глаза.