— 35 - зимній видъ. Вода въ Унжѣ значительно сбыла. Температура не подымается выше нуля. Вечеромъ 16-го термометръ показывалъ —4®; 17-е отмѣчено крѣпкимъ утренникомъ. Влагу на поляхъ повыжало, и по ручьямъ стало меньше воды; погода была вѣтреная, но ясная. По берегамъ рѣкъ показались трясогузки. Ольха й орѣшникъ еще не цвѣли, но сережки ихъ удлинились; цвѣточныя почки орѣшника сильно набухли и наверху слегка раздвинулись. У ольхи въ женскихъ ^ соцвѣтіяхъ оттопырились цвѣтковыя чешуйки. По неосвѣщаемымъ свлонамъ овраговъ сползаетъ снѣгъ, ломая и пригибая растущ,ія здѣсь деревца. Съ 18 марта по день Благовѣщенья стояли дни, похожіе одинъ на другой во всѣхъ чертахъ: при полномъ почти безвѣтріи небо оставалось чистымъ, температура съ утра на солнечной сторонѣ была отъ -{-9 до-і-Ю®, въ тѣни—отъ4-2 до+б"; въ полдень на солнцѣ она доходила до-|-25" (21 марта), не спускаясь ниже -|-18";' къ 9 ч. вечера падала до-|-5, даже-}-^". 18 марта въ 10 ч. утра начался ледоходъ на Окѣ. 19-го летали бабочки; на торфяномъ болотѣ выглянули соцвѣтія у пушицы, называемой по мѣстному бѣлоголовникомъ, по .латыни —ЕгіорЬогит ѵа^іпаіит. Днемъ поспѣшно таялъ снѣгъ; вечеромъ надъ рѣкой стоялъ негустой туманъ. Пчеловоды выставили пчелъ. Древній обычай предписываетъ пчеловоду выставлять пчелъ изъ зимниковъ 17 марта, въ день памяти св. Алексѣя, человѣка Божьяго. Но, говорится въ старинныхъ пчедоводныхъ сборникахъ, „аще холодно будетъ на Алексѣя Божьяго человѣка выставлять, и ты, пришетъ въ пасѣку, потолкай всѣхъ пчелъ и молви: „Ну-те пчелы мои, Божьи работницы, готовьтесь: уже часъ пришелъ. Идите, не бойтесь, работайте густой медъ господину своему, рабу Божію (имя рекъ); благословляю васъ, пчелъ моихъ, именемъ Господнимъ и небесными силами, святыхъ Зосимы и Савватія соловецкихъ и Николая чудотворца. Вамъ глаголъ имѣю: старымъ пчеламъ матку хранить, дѣтки-гнѣтки идите до меня на частый рой, яркимъ окомъ обладати. Подай, Господи, силу моимъ пчеламъ на чужихъ пчелъ волчь-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4