b000000926

— 11 — умъ. Братъ Владиміръ приглядывался и прислуши- вался къ урокамъ Николая и четырехъ лѣтъ уже вы- учился читать; тогда рѣшили учить ихъ вмѣстѣ и оба брата не разлучались до окончанія гимназическаго курса. Дядя Павелъ Алексѣевичъ занимался съ племян- никами два года: училъ ихъ грамотѣ и французскому языку, а затѣмъ стали нанимать учителей изъ моло- дыхъ людей, окончившихъ курсъ наукъ въ духовной семинаріи. Всѣ они оказывались плохими педагогами и ихъ часто мѣняли. Одинъ изъ семинаристовъ, Дми- трій Прохоровичъ Зезюлинскій, прожилъ въ семействѣ 3 — 4 года, оказался лучшимъ и приготовилъ дѣтей для поступленія въ гимназію. Въ 1840-хъ годахъ дворянство считало обязанностію отдавать своихъ дѣтей въ кадетскіе корпуса. Мать Ни- колая Михайловича также хлопотала объ опредѣленіи своихъ сыновей въ Павловскій кадетскій корпусъ, но когда это ей не удалось ^), тогда она рѣшжлась отдать ихъ въ Смоленскую гражданскую гимназію. Во второй поповинѣ 1849 года, дворовый человѣкъ Игнатъ, отѳцъ Васыси, любимца Николая Михайловича, повезъ Николая и Владпміра Пржевальскихъ въ Смо- ленскъ, гдѣ они отлично выдержалп экзаменъ и были приняты во 2-й классъ. По случаю исправденія и пе- ределки гимназическаго зданія ихъ отпустили недѣли на двѣ опять въ Отрадное, но ремонтъ такъ затянулся, что дѣтей раза четыре возили въ Смоленскъ и приво- зили обратно, пока, наконецъ, 7-го ноября не начался курсъ. Этотъ промежутокъ времени братья Пржеваль- скіе провели въ полной свободѣ. Игнатъ часто жало- вался матери, что съ „паничами" сладу нѣтъ, что они шалятъ, но, не смотря на то, дѣти вовсе его не боялись и любили какъ человѣка добраго и сердечнаго. Въ Омоленскѣ Пржѳвальскіе жили въ очень не- большой квартирѣ, нанятой для нихъ за два рубля съ ') Ей посчастливилось только относительно третьяго сына, Евгенія, который и воспитывался въ Александринскомъ московскомъ корпусѣ.